Манчжурский хват 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— «К отходу», — сказал он. — Этого в штабе не пишут, поручик Ладыгин. Это там подписывают. Один человек, и не вы.

В управлении дороги у нас тоже никогда не бывало крушений. Бывали «сходы подвижного состава с тяжёлыми последствиями», и чем тяжелее выходили последствия, тем длиннее делалось название, а слово «крушение» вслух говорил один прокурор. Я взял у Корнеева лист, вписал вычеркнутое над строкой и подал Вере.

— Подпишете, господин капитан?

— Моей тут не будет. — Корнеев сел на стул у стены. — Передавайте.

Вера передала. Пока ждали ответа, вошёл Зубов с платком, увязанным в узелок, и сел за второй стол, за которым прежде сидел Данилов. Вера, не оборачиваясь, достала из ящика на подоконнике обе вчерашние ленты и протянула ему через плечо. Бланк с её надписью Зубов вынул из-под чугунного пресс-папье сам, сперва взглядом спросив Бориса Ивановича, а Борис Иванович, тоже взглядом, разрешил.

Ответ пришёл через полчаса. Вера писала, не поднимая головы:

— «Каменному, поручику Ладыгину. Подготовку к отходу не разрешаю. Запас участка держать для работ на южном направлении. Напоминаю о выговоре от 5 июля. 11 июля». Подпись по форме. — Она простучала короткий запрос и подождала. — Отзыв на одиннадцатое. Верный.

Борис Иванович сверил слово со своим списком и наклонил голову. Бумага была настоящая, и впервые за эту неделю я об этом пожалел.

Корнеев снял фуражку и смахнул с козырька пыль, которой там после дороги хватало.

— Второго выговора не будет, поручик Ладыгин. Будет суд. От отстранения я вас в штабе отговорил, а от суда отговаривать не возьмусь. Не из вредности: не сумею.

Зубов за даниловским столом что-то записал и оставил перо в чернильнице, будто знал, что оно ему ещё понадобится.

— Борис Иванович, — сказал я. — Запросите у дороги четыре крытых к вечеру. Под раненых.

— Под раненых дорога даст, — медленно сказал Борис Иванович. — Это дело её, не штабное. — Он поправил очки. — Однако в книгу я запишу так, как вы сказали: под раненых.

— Вы меня слышали, поручик? — спросил Корнеев.

— Слышал, господин капитан. Грузить раненых мне никто не запрещал. — Я подошёл к окну. Против рампы на главном стояла база, гружёная с верхом, и над трубой машины дрожал горячий воздух. — Если ночь вроде вчерашней повторится и жечь на этот раз будут вагоны, раненых у рампы вывезти будет не на чем. Запас достанется тем, кто его вчера поджигал, а команда пойдёт через сопки пешком, если дойдёт. Это я и написал. Без слова «отход» это в телеграмму не помещается.

Корнеев надел фуражку.

— Вы единственный мой офицер, поручик, который пишет штабу так, будто штаб у него в подчинении. Когда-нибудь вам это зачтут. Не знаю только, в какую сторону.

Дверь распахнулась без стука. На пороге стоял солдат караула и дышал так, будто бежал от самой горловины.

— Ваше благородие! У базы офицер от генерала! Велит Белову трогаться на юг, а Белов не трогается!

Я вышел первым. Корнеев пошёл следом, а Зубов сложил ленты в папку, завязал тесёмки и тоже поднялся.

Офицер стоял у будки, задрав голову к Белову: молодой, тонкий, с рыжеватыми усиками и стеком под мышкой, фуражка сбита на затылок от жары. Лошадей его держал у рампы ординарец, и бока у лошадей ходили ходуном. Белов висел на подножке, держась здоровой рукой за поручень, а перевязанную прижимал к груди, и бинт на ней к полудню был уже в саже. У южной горловины стрелочник Бориса Ивановича держал под мышкой свёрнутый флаг и смотрел на нас.

— Поручик Ладыгин? — Он пошёл мне навстречу, на ходу вынимая из-за обшлага листок. — Адъютант генерала, с приказом. Рабочий поезд Каменного со всем путевым запасом немедленно отправить в Дашичао. Станционные пути там разбиты огнём, а войскам нужен ход. Ваш машинист отказывается трогаться.

— Я не отказываюсь, — сказал сверху Белов. — Я бумагу жду.

Листок был вырван из полевой книжки и исписан карандашом, внизу стояли подпись с росчерком на пол-листа и сегодняшнее число.

— Этого я знаю по штабу, — вполголоса сказал у меня за плечом Корнеев. — Бумага его.

— Машинист прав, — сказал я. — Поезд со станции отправляет начальник разъезда, по бумаге. А бумаги не будет, пока не проверен перегон.

— Что значит не проверен? Вчера по нему прошли снаряды.

— Вчера днём. А ночью японцы были у нас во дворе с бидонами. — Я показал на пепелище, над которым ещё курилось. — На этом перегоне они уже разбирали путь, в двух местах сразу. С ночи по нему не прошёл никто. Вчера в полдень мне пришло распоряжение по проводу: эту самую машину с этими самыми платформами — в Дашичао, платформы разгрузить. Подложное.

— Вы хотите сказать, что приказ генерала подложный?

— Ваш настоящий. Вчерашний был подложный. Просили в них одного и того же.