Апартаменты на нижнем уровне тоже оказались разрушены. Сквозняки сновали по грязной лестничной площадке. Еще один этаж вниз, так мне казалось. Там находилось еще больше развалин и одна ничем не примечательная дверь, грязная и наполовину скрытая за кучей сломанных перил. Но было ощущение, что я нахожусь в нужном месте, а вся грязь вокруг — это всего лишь прикрытие, чтобы ничего не выделялось из этой картины разложения.
При близком осмотре дверь действительно оказалась весьма прочной. Под налетом грязи мне удалось рассмотреть какую-то метку, декоративный узор, похожий на паутину. На дверной раме из черного дерева красовались едва заметные шестигранные знаки.
Я обдумывала, как лучше поступить. И второй вариант едва ли подходил. Иногда, размышляла я, прямые действия лучше коварных.
Я постучала по двери рукоятью пистолета.
— Здравствуйте. Мне нужно с вами поговорить.
К моему удивлению, щелкнул замок, и дверь распахнулась. Внутри я увидела бледный свет.
— С вашего позволения вхожу, — крикнула я.
Ответа не последовало.
— И с позволения ваших защитников.
— Скажите мне, кто вы, и они вас пропустят, — ответил далекий голос. Она говорила на низком готике, но мне не удалось узнать, кто это.
— Бета Биквин.
— Тебя знают.
Я глубоко вздохнула и сделала шаг внутрь. Никакая тайная боль не заставляла меня этого делать. Внутри оказалось тепло, а воздух был чистым и практически благоухал. За дверью оказался короткий коридор, отгороженный коваными железными панелями, где каждое железное переплетение оказалось симметричным и мастерски выполненным узором в виде паутины.
Я шла вперед. Свет просачивался через высокие врата в конце. Врата из черного железа, тоже в виде паутины. Свет отбрасывал тени этого узора обратно на пол, прямо к моим ногам, и на богатом ковре Селджиони проявилась паутина.
— Я пришла по доброй воле.
— Ты пришла с оружием наготове, — ответил голос, и я тут же убрала оружие назад в кобуру.
— Это здание полно опасностей, но мои намерения чисты. Я слышала, что вы нуждаетесь в помощи. В союзнике. Я думаю, вы уже обращались ко мне в надежде, что я смогу вам помочь.
— Помочь с чем?
— С тем, кому вы до недавнего времени служили годами, но теперь отказываетесь от воздаяния и признания.
— Ты о чем таком толкуешь?
— Не о чем, а о ком. Король в Желтом.
Я добралась до внутренних ворот.
— И каким образом это я к тебе обращалась? — спросила она.
— В салоне Ланмюра. Через проводника, которого заставили замолчать за эту попытку.
— Я связалась с человеком, которого я знала когда-то, — сказала она, — и который теперь объединился с человеком, заслуживающим доверия.
— Вы доверяете еретику?
Послышался смешок.
— Еретики единственные, кому вообще стоит доверять. Поскольку у них есть все, что можно приобрести, и все, что можно потерять. Но боюсь, что ты уже не тот человек. Ты изменилась и стала на сторону тех, кому, боюсь, я вообще не смогу никогда доверять.
— Почему?
— Потому что Инквизиция — грубый инструмент. Он не изменит отношения ко мне и подобным мне, и не простит моего существования.