Неторопливые шаги очень отчётливо слышатся в тишине каменного подземелья.
Я прислушиваюсь к своим ощущениям. Почему-то не чувствую опасности. Нет такого холодка по спине, какой был от приближения Круциуса. И уж тем более ничего похожего на леденящий душу ужас во время нападения Тени той ночью.
Нет, Теневую магию я не ощущаю. Вроде бы уже научилась её чувствовать.
Но это не значит, что мы в безопасности. Мало ли, кто и зачем пролез в королевскую сокровищницу?
Неизвестный прохаживается по ней неторопливо. Это сбивает меня с толку. Слышится шорох одежды, уверенные шаги. А потом… Лёгкое звякание, с каким металл покидает ножны. Я замираю. Этот кто-то смеет трогать королевское оружие?!
Или крадёт очередную вещь в свою коллекцию?
Жаль, я не додумалась спросить у лорда-оружейника, есть ли здесь ещё какое-нибудь оружие Тенеходцев.
Шейдар напрягся, стал будто каменный, и чутко прислушивается к звукам.
Забывает убрать руки, и его ладони так и остаются на моих губах и животе. А мне даже шевелиться не хочется, чтоб не напоминать. Мне хочется, чтобы это продолжалось вечно. Даже плевать, кто там ходит. Хочется сказать спасибо, что заявился в такой момент и дал мне предлог ещё поприжиматься к моему дракону.
Вот только просто «обнимашек» мне уже мало. Хочется ещё и ещё. Я точно сошла с ума. Кожа под платьем горит. Я задыхаюсь, как хочу прижаться теснее. Целоваться тянет невыносимо. И не только этого. Я не представляю, что с этим со всем делать. Остатки самоуважения во мне каким-то чудом ещё держатся только потому, что я повторяю себе снова и снова – «это всё зелье. Сама бы ты ни за что не стала вести себя так неприлично, Молли! И не умирала от желания, чтобы дракон отбросил свои дурацкие понятия о чести и не облапал тебя уже как следует».
Прямо-таки кожей чувствую, как Шейдар начинает злиться. Ему не нравится, что он вынужден сидеть тут со мной, а неизвестный никак себя не обнаруживает. По-моему, он уже на грани, чтоб оставить меня за шторкой, а самому пойти его ловить. Даже дёрнулся.
Хорошо, что не успел реализовать задумку.
Мы бы выглядели очень, очень глупо.
Потому что снова раздаётся скрип невидимой двери, и тишину прорезает возглас:
- Вот ты где! Я тебя обыскался. Так и думал, что ты снова убегаешь сюда, как в детстве.
Я не сразу поняла, которому из братьев принадлежит голос. Они были очень уж похожи по тембру.
Но когда услышала холодный ответ, в моей голове всё наконец-то разложилось по полочкам.
- А тебе не приходило в голову, что если я ушёл сюда, никого не хочу видеть?
Ну да, точно.
Эта высокомерная ледяная глыба не может быть никем иным, как наследным принцем Аргоном. Это именно он явился в королевскую оружейную, и от него мы прятались. Видимо, во дворце есть потайной ход сюда, о котором знает только королевская семья. Как минимум, эти два братца.
А второй вошедший, развязный тон которого меня почему-то дико бесил – это, стало быть, младшенький. Геон.
- Ну и чего мы тут прячемся? – хмыкнул он.
- Кто прячется? – резко отбрил его старший.
Ну, мы прячемся! – могла бы я ляпнуть, если б Шейдар предусмотрительно не закрыл мне рот.
- Ты.
- Не мели чуши. Я пришёл побыть одному в тишине. Здесь самое лучшее место. Было. Какого форла тебе от меня нужно?
Мне тоже стало интересно. Я с увлечением прислушалась.
И кстати.
Раз у братцев есть личный ход сюда… любой из них мог незаметно взять кинжал!
И «кстати» номер два! Собаки вряд ли бы залаяли на тех, кого знают с детства! Уверена, мальчишки, как любые мальчишки, их подкармливали и возились с ними.