«Будто я не могу», ― хочу сказать, но вовремя прикусываю язык.
Едим в полной тишине. Молчание давит. Вот оно, пожалуйста, чего я и боялась. Даже о погоде не говорим…
А потом мы заговариваем одновременно.
― А почему…
― Если ты думаешь, мне интересно, что ты делала в моем кабинете и зачем взяла мою печать, ты ошибаешься.
Голос Алларда звучит сухо. При этом он не смотрит на меня, изучает содержимое тарелки.
― Тогда… почему ты меня пригласил?
И снова этот угрюмый взгляд.
― Пригласил ― и пригласил. Какая разница, ― морщится он и машет рукой, будто отгоняет муху.
― Ты хотел со мной о чем-то поговорить?
― Да… о той заколке, ― быстро проговаривает он. ― Как она выглядела?
― Ты хочешь ее найти? ― вырывается у меня.
― Только чтобы забрать себе, ― отводит он глаза. ― И тщательно изучить.
― Но я обыскала там все, она будто сквозь землю провалилась! ― откидываюсь на спинку стула. Кажется, так вкусно я не ела давно.
Удивительно, что осознаю это рядом с тем, кто по идее должен был испортить мне аппетит.
Но Аллард меняется. Позвал меня на обед, а сам ужасно смущается и делает вид, что ничего такого не было. И заколку мне хочет вернуть, а сам делает вид, что это не так.
― Никаких осколков, ничего, ― продолжаю, вытирая рот белой салфеткой с выбитым рисунком по краям.
― Это очень странно. ― Аллард мрачнеет. ― Конюх тоже все обыскал. Надеюсь, ему можно доверять…
― Андерс хороший человек… то есть, эльф. Вряд ли ему нужна моя заколка.
Тянусь за кувшином с красным компотом, на дне которого лежат вишни ― прямо как в моем детстве. Удивительно, что вспомнила!
Иногда память меня удивляет в хорошем смысле.
― Это не просто украшение, а артефакт. ― Аллард перехватывает у меня кувшин и наливает мне в стакан. А я любуюсь его свободными движениями. Всего один сеанс массажа ― а результат уже налицо.
И никакой магии не понадобилось.
― Все же не думаю, что Андерсу он зачем-то нужен, я никому не говорила об артефакте, кроме вас.
Задумчиво отпиваю от компота, который мне показался чуть с горчинкой. Видимо здесь используют какой-то особенный рецепт.
― Она не могла пропасть бесследно, ― задумчиво произносит тот, наливая компот себе. ― Либо ее плохо искали, либо… кто-то украл.
Мне показалось, или в его глазах появился стальной блеск?
Горло сжимается. Я хочу сказать что-то, но язык немеет, становится ватным и чужим. Пытаюсь сделать вдох — и не могу, воздух будто натыкается на стену в груди. Пальцы на руках начинают покалывать, будто тысячи иголок впиваются в подушечки.
Что со мной такое?
В глазах ― темные пятна. Все еще вижу Алларда. Он переводит на меня взгляд, в котором мелькает удивление, а потом тревога. Его черты расплываются, будто смотрю на него сквозь воду. Голова тяжелеет, желудок сжимается в спазме. Хочу опереться о стол, но тело не слушается ― я его не чувствую.