И кто такая эта ― «я»?
Не помню ни имени, ни куда летела в самолете… лишь обрывки эмоций, свое неповоротливое пухленькое тельце, короткие ножки, из-за чего меня кто-то ласково называл «курочкой». Но кто… не помню.
Кто же я такая на самом деле?
Тошнота накатывает разом. Сгибаюсь в приступе и глубоко дышу. Не сейчас. Сейчас не нужно об этом. Как-нибудь потом… разберемся.
Надо одеться. Найти платье. Другое. Нормально цвета.
Открываю шкаф. Надо же, все платья как на подбор ― ярко-оранжевое, светло-желтое, серое, бежевое… Каждое из них будет ужасно смотреться с рыжими волосами, а без того бледная кожа станет вообще как у мертвеца.
Мечусь по комнате, как испуганная птичка, попавшая в клетку. Что же делать? Может, тут где-то есть другая одежда?
Заворачиваюсь в простыню и в панике выбегаю в коридор. Такое все незнакомое ― старинные картины на стенах, тяжелые подсвечники, большие зеркала… как будто в музей попала.
Наугад открываю первую попавшуюся дверь. Сначала она кажется, что она будто заперта, а потом резко поддается. Надо бы петли смазать. И что у нас тут? Еще одна старинная комната в мило-розовых тонах. При этом стол, да и кровать завалены толстыми старинными книгами, по которым ― да-да мне это кажется! ― бегают сверкающие огоньки.
Несколько раз моргаю, отвожу взгляд, смотрю снова.
Огоньки исчезли.
Но сами книги очень уж устрашающе выглядят.
Краем глаза замечаю шкаф. Вот он-то мне и нужен. Может, здесь найдется хоть одно приличное платье?
Чье бы оно ни было ― потом все объясню.
Среди розовых и желтых пышных нарядов выделяется одно, темно-зеленое. Как раз то, что нужно.
К счастью, шнуровка у него спереди. По-быстрому влезаю в него, несильно затягиваю корсет ― кто вообще их придумал, дышать же в них сложно! Но главное, выгляжу намного приличнее.
Еще одно зеркало. Да здесь дом просто напичкан зеркалами. Надо бы поправить прическу, а то волосы растрепались.
Хватаю чью-то расческу ― сейчас вопросы гигиены меня почему-то волнуют меньше всего. Разрушаю прическу, чтобы собрать волосы более аккуратно, и мне в руку падает заколка в виде звезды.
Красивая такая, размером с ладонь, бирюзовая с оранжевыми прожилками. Как раз идеально к рыжим волосам.
Перед глазами тут же проносится салон самолета, круглое окошко и… миленькое личико стюардессы. «Это случайно не вы потеряли? Такая красивая, на полу лежала…» «Нет, у меня точно такой не было» «А может все-таки ваша? Присмотритесь хорошенько».
Пальцы тянутся к заколке и… меня поглатывает ослепительно белый свет.
Это что такое, сон во сне? Ерунда какая-то. Спокойно снимаю заколку, чтобы причесаться, но как только прикасаюсь к ней, пальцы начинает покалывать будто тонкими иголочками.
Надо же, можно подумать, это не обычная заколка ― пусть и очень красивая, ― а магический артефакт. Вот что бывает, когда запойно читаешь фэнтези ― чего только не померещится.
Заношу руки над волосами и… замираю.
Теперь понятно, почему Фэй считали, мягко говоря, не очень красивой. Ведь она выставляла напоказ все свои недостатки. Но если у тебя торчат уши, их можно скрыть под волосами, и проблема решена. Возможно, здешняя мода требует высоких причесок, но гораздо важнее выглядеть гармонично и чувствовать себя хорошо. Верно?
Закалываю волосы сзади так, чтобы ушей не было видно. При этом остренькое личико Фэй немного округляется и становится миловидным. В таком виде не стыдно и на завтрак к родителям спуститься…
Стоп. Что я сказала? Какие еще родители?
2 глава
В книге, которую я читала в самолете, маменьку двух сестер звали Марселина Ашер ― по описаниям пухленькая сердитая женщина, похожая на надутого воробья.
Даже воробьи умеют больно клеваться. А это значит, сейчас на меня набросятся с упреками. Вообще немного забавно ощущать себя в книге: не помню, чтобы раньше мне что-то подобное снилось.