— Стреляешь ты плохо, врукопашную даже со свежим мертвяком не справишься. Я уж не говорю, чтоб бесшумно.
— Значит, я поговорю с нашими!
— Не стоит. Гип тоже не боец, разве что из чувства вины согласится. А Ник… Мне не нравятся Холоп и Копатыч. Нику тоже. Отпускать тебя и Гипа одних с ними опасно. Это Стикс. Здесь и у нормальных людей порой крышу срывает. Рамов нужен, чтоб вы со знахарем благополучно добрались.
— Да почему все так сложно! — расстроено зашипела Алиса. — Я все равно поговорю с ним!
— Попробуй, — злорадно ухмыльнулся Кирилл.
Алиса ушла, и почти сразу вернулась с Ником.
— Глупая идея, — заявил он без обиняков.
— Еще какая. Но я так решил. Я объяснил Алисе, что вам троим разделяться нельзя. Я знаю, что ты хотел остаться со мной, но я справлюсь, спасибо, — криво улыбнулся Кирилл.
— Ага, именно так, — многозначительно сказал Рамов и ушел.
18. Элита
Алиса вновь села напротив Кирилла. Долго думала, кусала губы.
— Я сообщу про вас в стабе! Может, они пришлют помощь… — и растерянно замолчала. Молодец, начинает врубаться в местные реалии. Группа свежих иммунных? Ну, интересно, конечно… Если отряды снабжения будут рядом, то глянут. Может быть.
— Слушай, не изводи себя, — улыбнулся Кирилл. — В стабе расскажи, конечно, но не думай, что наше спасение зависит от твоей настойчивости. Твари если не сегодня, то завтра успокоятся, откочуют, а мы попробуем найти какую-нибудь «Газель» и рванем. Оружейный магазин не так далеко, вряд ли весь разграбили. Алиса… Еще раз прости. Что втянул во все. Я должен был сразу, как только увидел тебя в броневике муров…
— Не надо, — она снова взяла его ладони. — Ты хороший человек, раз не убегаешь как… некоторые. Прошлого не исправить. Нужно жить настоящим. Кирилл, пообещай, что будешь осторожен, а я… буду ждать тебя в стабе!
Алиса покраснела, опустила глаза. Кириллу, наверное, впервые, как попал в Стикс, захотелось плакать. Не от романтичных чувств, от злости. Ублюдок Маца, тварь и предатель Найк, сумасшедшие муры… Ведь все могло быть иначе!
— Ты чего?
Он понял, что сжимает ладони Алисы слишком сильно, ослабил хватку.
— Мне нельзя в стаб. Есть такие одаренные люди — ментанты. Чувствуют ложь. Первый вопрос, который задают: не имел ли дел с мурами, внешниками? Обмануть нереально.
— Тогда и меня расстреляют, что ли⁈
— Нет. Просто расскажешь, как все было. Твоей вины нет.
— Жаль. Неужели ничем нельзя помочь? Если мы все заступимся, объясним…
— Вряд ли. Я добровольно, понимаешь, по своей воле сел к ним в броневик, стал одним из них. Такое не прощают. На ошибку и незнание не списать, Жабыч мне сразу крикнул, что они муры. И я расслышал, понял. Ладно, хватит об этом. Я пломбир видел в холодильнике, не должен еще растаять, принести?
— Ага! — Алиса тепло улыбнулась.
А город жил. Точнее, доживал. Временами слышались выстрелы, крики. Несколько раз мимо на всей скорости проезжали легковые автомобили, а за ними тянулась мерзкая вереница зараженных. Развитых тварей больше не видели, либо те искусно прятались.Последнее — вряд ли, в городе полно еды, зачем им сторожить группу людей на крыше?
Кирилл очень надеялся, что вот заревут мощные моторы броневиков, укреплённых грузовиков, застрекочут пулеметы — вдумчиво, продуктивно, покажутся рейдеры и «ишаки» из стаба. Тогда можно будет спихнуть выживших им. А самому отсрочить момент расставания с Алисой, доехать почти до стаба. Да и к Гипу с Ником привык несмотря на гнилое прошлое внешника. Дело не в симпатиях, а в банальном расчете. За эти дни они притерлись, ни разу друг друга не подставили. Забавно, первые нормальные товарищи в этом адском мире — бывший внешник, знахарь муров и Алиса, которой лучше не знать их секреты.
Темнело. Солнце утонуло за горизонтом, стало грустно. Выживших горожан загнали в башню-кафе, они не спорили. Правда, перед этим трое человек ушли. Двое мужчин и женщина. Они жили неподалеку, в сумерках увидели в окнах своих квартир отблески света. Никто их не отговаривал. Алиса сначала вскинулась, потом посмотрела на Кирилла и погасла.
— Не надо нас провожать, — с непонятной злостью сказал один из мужчин. — Сами дойдем.
Там и правда было недалеко, метров двести. Кирилл с Рамовым присели у парапета и долго провожали сквозь прицелы автоматов, готовые прикрыть. Вроде обошлось.
Вслед за ними ушел еще один человек. Пожилой, явно не в себе мужик. Молча, не отвечая, просто слез и растворился.
— Такими темпами к утру все рассосутся! — хохотнул Ник.