В тот день Леонсио не было дома. Он уехал в Кампус по какому-то срочному делу и обещал вернуться только к вечеру. Малвина сидела на веранде, прячась под навесом от палящих лучей солнца. Было два часа пополудни, и жара стояла невыносимая. Все в доме замерло, прячась от этой жары. Только неутомимая Жануария возилась на кухне, перемывая посуду.
Когда она закогтила свое дело, она вышла на веранду и спросила у Малвины:
— Госпожа Малвина, вам ничего не нужно? Если не будет никаких приказаний, то я хотела бы пойти к себе и отдохнуть пару часиков, а то жара на дворе стоит невыносимая.
— Конечно-конечно, — улыбнувшись, ответила Малвина, — ты могла даже и не спрашивать меня об этом.
— Спасибо большое. Вы очень добры, хозяйка.
Сказав это, Жануария медленно направилась к себе в хижину, стоящую неподалеку. Но Малвина вдруг остановила ее.
— Подожди, Жануария! — крикнула она.
Жануария остановилась и, чертыхнувшись про себя, побрела обратно.
— Будут еще какие-нибудь приказания? — спросила она, подойдя к хозяйке.
— Нет, я же сказала, — ответила та. — Но я хочу кое о чем поговорить с тобой. Садись.
Малвина указала на кресло.
— Нет, спасибо, я постою.
— Садись-садись, не стесняйся, — улыбнулась хозяйка.
Жануария села.
Малвина пристально посмотрела на женщину. Долго она не решалась заговорить и наконец сказала:
— Скажи мне, Жануария, как жил здесь Леонсио, пока меня не было?
Жануария молча посмотрела на хозяйку. Она не могла сказать ей правду, да и не в ее характере было разносить сплетни.
— Не бойся, говори, — успокоила ее Малвина. — Я не хочу знать, с кем... жил. Скажи мне только, он все так же преследовал Изауру?
Женщина молчала.
— Скажи только — «да» или «нет».
— ... Да... — тихо сказала Жануария и кивнула.
— Понятно... Так я и думала.
— Госпожа Малвина, — умоляющим тоном сказала Жануария, — если сеньор Леонсио узнает, что я вам сказала об этом, он накажет меня.
— Я понимаю, Жануария. Не волнуйся, он ни о чем не узнает.
— Спасибо вам.
— Скажи мне, а что отвечала ему Изаура? Я надеюсь, она была так же непреклонна, как и прежде?
— Честно вам скажу, сеньора Малвина, я не знаю. Ведь господин Леонсио всегда разговаривал с ней только наедине. После этих разговоров бедняжка всегда долго плакала, но ни о чем мне не рассказывала.
Малвина задумалась.
— Так вот почему он до сих пор не хочет отпускать ее. Он все еще надеется добиться любви от Изауры, — догадалась она наконец.
— Не знаю, госпожа Малвина, — ответила Жануария, — да не в моих привычках обсуждать поступки своих господ.