— Ах, сеньор Алваро, — прошептала Изаура, вздыхая. — Что я могу ответить на ваши чудесные слова? Они покорили меня, но...
— Вы не любите меня?
— Я очень люблю вас.
— Тогда будьте моей женой!
— Это невозможно... И не спрашивайте меня ни о чем. Я не могу рассказать вам о моем несчастье...
Доверительную беседу влюбленных нагло прервал Мартиньо. Он остановился перед молодыми людьми и, распространяя вокруг себя запах вина, проговорил:
— Господин Алваро, я хотел бы поговорить с вашей дамой. У меня к ней есть одно маленькое дельце.
Алваро узнал в низкорослом потном человеке вчерашнего хама и дебошира. Волна гнева прокатилась по его телу.
— А, это вы, любезный! — резко сказал он. — Думаю, что вам в первую очередь следует переговорить со мной. Или вы побоялись драться со мной на дуэли?
— Дуэль — это занятие для глупцов и бездельников, — насмешливо отвечал Мартиньо.
— Сеньорита Элвира, у вас есть какие-нибудь дела с этим мерзким человеком? — спросил Алваро девушку.
— У меня? Нет-нет, я даже не знаю его...
— Вот что,— обратился Алваро к Мартиньо,— мне вполне достаточно ваших вчерашних выходок. Если вы сейчас же не уберетесь, я вынужден будут позвать полицию. Вам мало того, что вы уже получили? Что вам от нас нужно?
— Ты, сопляк, сам этого захотел, — зловеще проговорил Мартиньо. — Я скажу, все скажу. Дама, которая опирается на вашу руку, — беглая рабыня. Ну как? Ожидал от меня услышать подобную новость?
— Господин Мартиньо, я правильно назвал ваше имя? — холодно и четко ответил юноша. — Если кто-то заплатил вам за издевательства надо мной и этой госпожой, назовите сумму, и вы получите вдвое больше, лишь бы оставили нас в покое.
— Плевал я на деньги, — прошипел Мартиньо. — Я хочу, чтобы ты целовал мне ноги, мальчишка. Господа! — Он обернулся к окружающим и, показывая на Изауру, громко произнес: — Вот эта дама — беглая рабыня, и я должен задержать ее и отправить к хозяину.
Между тем Изаура, увидев отца, который тоже повсюду выглядывал ее, отпустила руку Алваро, подбежала к Мигелу и крепко прижалась к нему.
— Какой позор, отец, — тихо, почти неслышно, прошептала она. — А ведь я предчувствовала.
— Этот человек — отпетый мерзавец, — побледнев от гнева, заявил Алваро. — Он пьян и не соображает, что говорит. Его следует выгнать отсюда, как недостойного члена общества.
Тут как тут оказался офицер полиции, который был приглашен на бал главой города и вместе со своей женой прекрасно проводил время, танцуя и развлекаясь.
Офицер схватил Мартиньо за плечи и поволок к выходу.
— Оставьте меня, я сам полицейский! — орал Мартиньо. — Эта девчонка не кто иная, как беглая рабыня! Ее зовут не Элвира! Я давно слежу за ней, а ее кавалер, мерзкий дешевый обманщик, прикрывает ее. Отпустите же меня!
Но офицер хорошо знал свое дело. Через минуту голова Мартиньо была опущена в студеную воду небольшого фонтана неподалеку от здания, где проходил бал.
Мартиньо мгновенно протрезвел.
— Мерзавцы! — кричал он. — Я вам покажу, как покушаться на детектива! Я вас всех выведу на чистую воду!
Но его криков никто, кроме бродячих кошек, не слышал.
...Невозможно описать поднявшийся шум, возбуждение, овладевшее всеми присутствующими. Их мнения разделились. Кто-то поверил словам Мартиньо, а кто-то считал, что это полная чушь.
Бурлящая толпа окружила Алваро и Изауру, и каждый норовил спросить, узнать истину.
Изаура стояла, склонившись на плечо отца и спрятав лицо. Раздавленная позором и болью, она наконец подняла голову и взмолилась:
— Господа, прошу вас, простите! Я совершила проступок, но, Бог свидетель, лишь роковая судьба вынудила меня прийти сюда. Господа, тот человек говорил правду. Я... я рабыня...