- Людоеды здесь у себя дома, им каждый камушек знаком, каждая расщелина, - ответил хмурый Сорен, - будем стеречь друг друга по четверо, так, глядишь, и продержимся.
Чем выше мы поднимались, тем сильней становилась серая хмарь, висевшая над хребтом даже в солнечные дни. Искажались звуки и образы, поминутно казалось, что позади слышен топот ног, но никого не было видно. Волоски стояли дыбом на всём теле, нервы на пределе, я вздрагивала от каждого шороха, не в силах успокоиться. Мужчины тоже были на взводе, один за другим вытащив мечи из ножен. Их мускулы напряглись до предела, как перед броском, взгляд рыскал среди скал. Худшее – это неведение. Мы знали о враге, но не могли его ни увидеть, ни расслышать.
- Криста, ты ничего не чувствуешь? – Спросил Кай, - Твои силы могут нам пригодиться.
- Тут всё пропитано страхом и смертью, в моей душе лишь ужас от этих мест, - покачала я головой.
- Клянусь, - вдруг сказал Квир, - даже в самой жестокой бойне мне не было так страшно, как на Костяном хребте.
Остальные промолчали, ответа и не требовалось, мужчина озвучил то, что было на душе у всех.
Мы забирались всё выше, по бокам в небо вздымались невысокие скалы, одетые грязно-бурым льдом, обломки камней валялись повсюду, будто какой-то великан крушил тут всё подряд. Тропка петляла среди валунов, и невозможно разглядеть, что ждёт за поворотом.
Вдруг Рагнар замер, согнув руку в локте, призывая к тишине. Все остановились, превратившись в слух. Откуда-то сверху на тропу посыпались камни, что-то или кто-то пробирался прямо над нами. Задрав голову, старались разглядеть, откуда исходит опасность, но тщетно. Шорохи стихли. Астор придвинулся ближе ко мне, сжав меч обеими руками. Я вытащила кинжал, скорее для собственного успокоения, чем для обороны.
- Надо отыскать хоть какое-то убежище, чувствую, людоеды у нас на хвосте, - подвижный нос Кая подрагивал, точно учуяв кого-то поблизости.
Мы ускорили шаг, оглядываясь по сторонам в надежде на пещеру или хоть какую-то нишу, где можно спрятаться. Квир, винивший себя в смерти Отто, обшаривал окрестности в поисках спасительного укрытия.
- Квир! – Окликнул его Астор, - держись ближе, не дури!
Серая хмарь, закрывающая свет солнца, стала сгущаться, не знаю, сколько мы шли, время здесь словно потеряло значение, точно перестало существовать.
- Прижмитесь к скалам, - сказал Сорен, - попытаемся найти укрытие на ощупь.
Теперь мы двигались вдоль склона, вглядываясь в завалы. Снова по-над валунами зашуршали шаги, едва различимые, на грани слуха. Среди камней мелькнула тень, потом вторая. Слишком низкорослая для человека, но всё равно устрашающая.
- Т-там кто-то есть, - дёрнула Кая за рукав.
- Тш-ш-ш-ш, - приложил он палец к губам, - знаю.
Воины замедлили шаг, ступая как можно тише, но Костяной хребет берёг свои тайны, насмехаясь над нами.
- Нашёл! – Приглушённо воскликнул Рагнар, и в следующую секунду его силуэт пропал, только могучая рука затянула нас под тёмный свод одного за другим.
- Удачная находка! – Кай тут же обшарил небольшую нишу, образованную обломками скал.
Здесь было мало места, но на ночлег хватит. Рагнар снова разделил наш паёк, раздав мясо и хлеб. Аппетита не было совершенно, однако силы нужны, чтобы продолжать путь. Холод, отступивший перед страхом, вернулся вновь, бежал ледышками по венам, колол кожу морозными иглами. Ноги и руки онемели. Я принялась растирать ладони, сняв толстые рукавицы.
- Разведи костёр, - коротко распорядился Астор, взглянув на Квира, - не хватало околеть к утру от мороза.
- Заметят, - покачал головой Даг.
- Нас УЖЕ заметили, - ухмыльнулся Кай, протянув руки к слабому огню, скользившему по сухому хворосту.
Рагнар осмотрел обломки скал возле укрытия, а потом схватился за один из валунов, рыкнул от натуги и опрокинул его, завалив вход в нишу, только узкая полоска осталась сверху, куда устремился дым от костра.
- Так оно надёжней будет, - великан смахнул грязь с ладоней.
Скоро наше убежище нагрелось, сквозняк почти не проникал под нагромождение камней, скинув плащ, я села поближе к костру. Кай поставил греться воду над огнём. Мы сидели, прижавшись друг к другу, и не решались признаться в одном. Каждый из нас боится наступающей ночи и тех, кто живёт во тьме.
***
Кай, согрев воду, сварил на всех простенькую кашу, но какая же она была вкусная, после жёсткого мяса и сухого хлеба. Наевшись и согревшись, мы привалились к стене, костёр отбрасывал на каменные поверхности неверные тени, и, казалось, что это духи Костяного хребта корчатся в своих шаманских плясках, протягивая к нам уродливые лапы. Первыми сторожить сон остальных сели мы с Каем, Рагнаром и Сореном. Великан занялся своим оружием, что-то перебирал в сторонке, возился с ножнами и ремнями. Тан сел у костра, впав в какую-то прострацию, но я заметила, как чутко реагирует воин на любой шорох. Не знала бы я здешних повадок, подумала, что тан Астора занялся медитацией, со стороны смотрелось забавно.
Хотелось спать, и чтобы не клевать носом, я подсела поближе к Каю, Астор заворочался в своём углу, злобно зыркнул на нас, но ничего не сказал. Он ревнует? Да с чего бы, у него невеста есть. Или уже нет? По обычаям девушка после помолвки могла жить у жениха, если дом её родителей был далеко, однако о том, что свою невесту можно выставить за порог… Такого в памяти Кристы не было.
- Кай, - привлекла внимание рыжего, - что теперь будет с Ракель?