– Ха-а… фух… хух…
– Твоя выносливость никуда не годится.
Я была уверена: дело не в том, что у меня слабая выносливость, а в том, что у Луиса она чудовищная. Но даже на препирательства у меня уже не осталось сил. Не в состоянии выдавить из себя ни слова, я лишь судорожно глотала воздух.
Луис отвернулся и сказал:
– У нее может начаться обезвоживание. Проследи, чтобы она нормально пила воду.
– Да, ваше величество, – ответила Эмиль.
Услышав это, он лениво размял руки и плечи.
– Ну, раз уж размялся…
Одна эта фраза сразила меня наповал. «Размялся»?! Я тут без сил валяюсь, а он – после утренней охоты и размахивания мечом на плацу – говорит, что все это было всего лишь разминкой?!
Луис продолжил:
– Тогда, пожалуй, пойду поработаю.
– Ч-что?.. Но я же ни одну атаку не отразила…
С чего вдруг такая резкая перемена? Неужели у него есть еще какой-то скрытый умысел? Луис заговорил неожиданно мягко, и это еще сильнее усилило мои подозрения.
Я встретилась с ним взглядом и заметила, что это он, наоборот, смотрит на меня с недоумением, словно не понимает, что творится у меня в голове.
– Ты правда верила, что сможешь хоть что-то отразить?
Взглядом Луис будто спрашивал: «Ты серьезно? Что за нелепые фантазии?» Хотя первым предложил это условие именно он!
– Хорошо постаралась. А теперь пусть хорошенько отдохнет.
Последние слова Луиса были адресованы уже Эмиль. Затем он ушел вместе с канцлером Жюлем, ждавшим его у выхода с плаца.
– Ха-а…
Сил подняться не осталось, и я так и осталась лежать на земле, глядя в небо. Я слушала, как шаги старшего брата, вытрясшего из меня душу, постепенно удаляются… и вдруг надо мной нависла черная тень.
– Госпожа… вставайте уже. Нам тоже пора возвращаться.
Очевидно, эти слова произносила Эмиль, но меж строк читалось совсем другое:
«Вы что творите, разлеживаясь здесь? Сейчас же вставайте! На вас столько людей смотрит!»
«Почему она так злится?..» – промелькнуло у меня в голове. И тут до меня дошло.
Если вдуматься, это ведь тренировочная площадка рыцарского ордена, и сейчас она прямо-таки кишит рыцарями. С запозданием я осознала, что они только делали вид, будто «ничего не замечают», а на деле не сводили с меня глаз.
– Ой… угу.
«Какой позор… ни капли достоинства… и это принцесса…» – пронеслось у меня в мыслях. По правде говоря, когда я раньше здесь училась фехтованию, все было еще хуже. Пусть большинство нынешних рыцарей тогда еще не служили, а на плацу в основном толпились новобранцы, это не имело значения – вид у меня был куда более жалким. Я отчаянно убеждала себя, что все нормально, и, покидая плац, изо всех сил старалась не оглядываться. А то, что, едва мы скрылись из виду, я снова рухнула на землю и заявила, что больше не могу идти, останется секретом для всех, кроме нас с Эмиль.
– Не могу. Хоть убей, с места не двинусь.
Если я и дальше буду вот так гоняться за Луисом, от меня и мокрого места не останется.
«Неужели все время здесь я проведу именно так?..»