– Вас все ждут.
– Кто «все»?
В конце концов я не выдержала и резко отдернула руку. От ее прикосновения осталось липкое, неприятное ощущение.
– Ну как же… Конечно же, мы с герцогом Херейсом…
Я оборвала ее на полуслове. В голове была одна мысль: как у нее язык не отсох от такой наглой лжи?
– Зачем?
– Что?..
– Зачем вы меня ждете?
Я спросила в лоб, с какой стати они с Херейсом вообще должны меня ждать. Похоже, Изабель совершенно не ожидала такой прямоты и на мгновение растерялась. Она выглядела озадаченной, словно ее лишили заранее заготовленного сценария, но все же выдавила:
– Н-ну… как же… Ведь теперь хозяйка поместья ты, Эйлин. Это же само собой разумеется.
Я едва сдержалась, чтобы не рассмеяться.
«Хозяйка…»
Чтобы называться хозяйкой, нужно обладать соразмерной властью и обязанностями. Только вот у меня никогда не было ни того, ни другого.
– В таком случае почему же до сих пор мне никто не передал бразды правления? – спросила я. – Я не видела ни ключей, ни документов.
– Ох, я просто придерживала их у себя… Думала, что вам еще нужно время освоиться. Я и представить не могла, что это вас заденет… Я ведь только из заботы и беспокойства о вас это делала… – Она фальшиво всхлипнула.
Изабель промокнула слезы, прижав платок к глазам и изображая глубокую обиду за то, что ее «благие помыслы» были так превратно истолкованы. От избитости этой сцены подташнивало.
– Я исполняла обязанности императрицы во дворце. И вы всерьез говорите, будто переживали, что я не справлюсь с ролью герцогини?
– Э-это… – запнулась Изабель.
– Или вы просто мне не доверяете?
Каждое мое слово било точно в цель. Лицо Изабель на мгновение окаменело, но уже в следующий миг она приняла оскорбленный вид.
– Эйлин… Неужели вы сомневаетесь в искренности моих чувств?
Она посмотрела на меня с таким праведным и невинным лицом, будто ей и в голову не могло прийти ничего дурного. Но чем сильнее становилось ее притворство, тем тверже звучал мой голос.
– Если не хотите, чтобы я в вас сомневалась, матушка, передайте мне полномочия герцогини. Я со всем справлюсь.
Глаза Изабель расширились, но я не стала давать ей возможности вставить слово и продолжила:
– Вы же сказали, что «беспокоились» обо мне. Значит, теперь у вас нет повода для беспокойства, верно?
– Ну… это немного… В поместье сейчас столько хлопот, бюджет крайне ограничен… Эйлин, для вас это будет слишком…
Изабель начала ходить вокруг да около, затягивая с объяснениями. Я дала ей понять: если она и впрямь считает меня хозяйкой герцогского дома, то должна передать мне все, что до сих пор мертвой хваткой удерживала в своих руках. Именно эта власть заставляла окружающих ходить перед Изабель на цыпочках.
Ее взгляд заметался.
«Значит, так просто не отдаст».
Власть над финансами герцогского дома была равносильна короткому поводку на шее каждого слуги. С самого начала наивно было бы думать, что Изабель отдаст его добровольно.