Магичка украдкой глянула в окно. На улице уже начинало смеркаться. Дождя не было, но ветер слегка завывал в трубе камина.
— Вот я ж и говорю, поехали! — обрадовался распиловщик. — Весь день вам об этом твержу!
— Хорошо, мы приедем, — согласно кивнул Йолик. — Если не будет срочных дел, наверное, завтра и выберемся.
— Как завтра? Почему это завтра?! — взвыл Лёся и, с грохотом опрокинув стул, рухнул на колени перед Йоликом.
— Господин темный, прошу вас, не губите! — бубнил он, пытаясь ухватить мага за руку. — Защитите нас, о злобномогучий маг! Хозяин вернется, никого не помилует!
— Так у вас и хозяин там суровый? — изумленно дернул бровью Йолик.
— Еще какой! Почище феи будет! Прям по углам от него прячемся, как приезжает. Впереди тараканов разбегаемся, — оживленно затараторил Лёся.
Гита, услыхав слово "таракан", нервно вздрогнула. Неужели ей снова придется иметь дело с этими насекомыми? А можно она тихонько дома посидит, пока Йолик с ними разбираться будет?
Глава 4
— Спасите, а то ведь пропадем! — продолжал умолять Лёся. — Как нагрянет хозяин, так, считайте, и крышка всем!
Он уже завладел рукой темного и теперь примерялся, как бы половчее облобызать ее.
— Подождите-подождите! — осадил его Йолик, судорожно выдирая свою ладонь из цепкого захвата. — Вы, наверное, дверью ошиблись. Я — темный маг, а не наемный убийца. Таких заказов, в принципе, не беру. Магическое существо могу укротить, а людей...
— Нет, нет! Что вы! — испуганно замахал руками Лёся, — Кто ж вам такое предложит? Хотя... — он с сомнением посмотрел на темного. — По правде говоря, хозяин — тот еще кровопивец. Хыщнык!
— И не вздумайте! — нервно вздрогнул Йолик. — Давайте, лучше о призраках поговорим. И вставайте уже, нечего нам полы своими кожаными заплатками протирать!
— Да-да! — торопливо кивнул головой заказчик, поднимаясь. — Так я и говорю: призрак нас одолел. Даже пилорама нормально работать перестала.
— Вы какую пилораму имеете в виду? — осторожно уточнила Гита.
Кто его знает, этого лесоруба, о чем он сейчас рассказывает! После "гибкого стана" и "лент", Гита чего угодно могла от него ожидать. Ее бабушка, например, их плохо работающий телевизор Пилорамой человеческих душ называла.
— Дык, нашу, с лесопилки, — смутился Лёся. — Я ж рассказывал. Ее дровами топят, словно печку. А она пилит-пилит-пилит... И визжит так, точно в нее злой дух вселился!
— А дух там сразу был? — вдруг оживился темный. — Пилораму вместе с ним привезли?
— Да нет! Я ж рассказываю...
Гита и Йолик дружно вздохнули, но лесоруба перебивать не осмелились. Уж больно внушительные были у него кулаки.
— Пилораму поставил господин барон, местный лендлорд, по совету своего управляющего, — очередной раз растолковывал им Лёся. — Только-только барон уехал, а пилорама — хлобысь! — и не работает!
— Что значит "хлобысь"? Ее кто-то сломал? — нахмурился Йолик.
— Да нет! "Хлобысь" — это я просто так сказал.
— Для красоты, — подсказала ему Гита.
— Ага, для красоты. Пилорама сама перестала работать. А потом снова начала, но завизжала.
— Может, она просто сломалась? — спросил Йолик.
— Нет, наш мастер говорит, что с механизмом все в порядке. Не иначе, злобный дух в нее вселился, — отмахнулся Лёся.
Распиловщик замолк, задумчиво почесывая за ухом. Хотел еще что-то сказать, даже рот открыл, но передумал. Тем временем его рука скользнула на шею, под ворот рубахи. Гита с интересом следила за ней: ладонь была огромная, как лопата, а воротник-стойка плотно прилегал к телу. Треснет ткань или нет?
Но Лёся лишь слегка потер шею, а потом начал неторопливо расстегивать свой жилет, пошитый из грубо выделанной кожи. Гита с Йоликом недоуменно переглянулись: клиенту жарко стало на нервной почве?