Голос Биллса: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Но как он мог остаться? Если он останется, то к утру сойдет с ума. К тому же Биллс может ворваться в любой момент.

Наверное, если попросить Биллса уйти… Да, это была его единственная надежда. Но нет! Почему же он не додумался до этого раньше? Это и правда его единственная надежда. Пока Биллс пытался проникнуть в хижину через заднюю дверь, он, Сликмер, мог незаметно выбраться через переднюю и добраться до лагеря охотников. Ещё недавно он проклинал их присутствие, а теперь был так рад, что они оказались здесь! Ведь Биллс наверняка не пойдет за ним в их лагерь.

Он начал открывать дверь – осторожно, очень осторожно! Малейший звук мог выдать его. Сквозь щель пробивался свет, но Биллс, стоявший у задней двери, не мог этого видеть. Через пятнадцать минут Сликмер смог приоткрыть дверь на шесть дюймов. Через двадцать щель была уже почти достаточно широкой, чтобы он мог протиснуться наружу.

Луна освещала горы холодным, зловещим светом, отбрасывая длинные тени на поляну. Они тянулись почти до самой двери хижины.

Так! Ещё дюйм – и он сможет выскользнуть наружу.

Однако внезапно раздавшийся звук заставил Сликмера резко обернуться – и случилось это в то самое мгновение, когда луна скрылась во тьме. Это было всего лишь полено осевшее в очаге, но Сликмер от неожиданности выпустил дверь. Ветер с силой распахнул ее, и ржавые петли издали резкий скрежет, перешедший в пронзительный визг.

За этим последовал душераздирающий крик – крик полный смертной муки и ужаса. Затем наступила тишина. Смолк даже голос Биллса.

Этот крик достиг ушей Руфуса. Он приподнялся на жестком ложе и прислушался. Однако больше не было слышно ничего, кроме тихого ропота ветра в кронах да голоса реки, вечно несущей свои воды к морю.

«Интересно…» – подумал Руфус.

Поразмыслив немного, он поднялся и подбросил в костер свежих дров. Но мысли всё не оставляли его.

Дул холодный ветер, налетавший резкими внезапными порывами. Облака быстро плыли на юг. В одном из просветов между ними молодой охотник увидел прекрасные Плеяды, мерцающие в чистом небе; затем внезапно лес озарился ярким бледным светом, и, обернувшись, Руфус увидел там, за черными качающимися деревьями, почти достигшую полнолуния луну, сиявшую болезненно-бледным светом.

Он едва успел обернуться, как звук раздался снова. И теперь уже не могло быть никаких сомнений: это был крик.

Руфус быстро развернулся, вошел в палатку, схватил винтовку и потряс за плечо одного из спящих.

– Чё случилось? Чё такое?

– Не знаю, Том. Что-то странное творится. Только остальных не буди.

Руфус снова вышел наружу и замер, устремив взгляд в сторону хижины Сликмера.

«Странная птица, этот горец, – подумал Руфус. – Подозрительный до чёртиков, если вдуматься! Кровь на кирке… Я совсем было о ней забыл, но…»

Вот! Что это на мгновение показалось в лунном свете? Вслед за этим раздался дикий, бессвязный крик, полный невыразимого ужаса; а мгновение спустя – как раз в тот момент, когда Том высунул из палатки свое бледное лицо – из чащи выскочил человек, наполовину выбежал, наполовину вывалился на небольшую поляну и рухнул у костра дрожащей, трясущейся грудой.

Это был Сликмер.

– Господи боже! – воскликнул Руфус. – Да что с вами стряслось?

– Биллс пришёл! Я убил его – закопал и всё так тщательно скрыл, что никто не смог бы догадаться! Он сказал, что будет преследовать меня, если я его убью. Но я смеялся. Боже мой, я только смеялся! Он сказал, что явится с ветром и когда засияет луна и по земле потянутся длинные тени.

Руфус смотрел на Сликмера с отвращением и ужасом, но всё же не без тени жалости во взгляде.

– Значит, – произнес он, – это была его кровь на кирке?

– Его! – простонал убийца. – Я во всём признаюсь. Завтра я покажу вам его могилу, и вы сами сможете выкопать Биллса и убедиться, что я не лгу.

– Отведите нас туда сейчас!

– Господи! – вырвалось у Тома.

– Нет, нет! – взвизгнул Сликмер. – Только не сейчас! Завтра, завтра… если, конечно, будет ярко светить солнце.

– Значит, убитый вами человек навестил вас?

Сликмер застонал.

– Он был там несколько часов – не знаю, сколько именно. Я всё ждал, терпел, надеялся, что он уйдёт. Но он не уходил. Всё бормотал, стонал, всхлипывал и скребся.