Дверь снова открывается. Эйнар стоит на пороге, сжимая в руках какой-то свиток.
— Держи, — говорит он коротко и протягивает его мне. — Я всё уладил.
Я разворачиваю свиток, пробегаю глазами. Официальный документ, подписанный главным врачом и скреплённый печатью больничного совета. «Освобождается от исполнения обязанностей сроком на десять дней по состоянию здоровья. Рекомендован постельный режим и полный покой».
— Десять дней? — выдыхаю я. — Но как? Кто...
— Я попросил, — пожимает плечами Эйнар, будто речь идёт о чашке чая, а не о внеочередном отпуске для ключевого специалиста. — Главврач согласился. Всё законно, всё подписано. Так что никаких операций, никаких пациентов. Только домой и спать.
— Домой... — эхом повторяю я, и в груди всё сжимается. Домой. К Аэрону. К разговору, который я откладывала весь день. К его словам о второй жене. К его ледяным глазам.
— Да, домой, — Эйнар уже достаёт какой-то магический артефакт — небольшой кристалл на цепочке. — Я сейчас свяжусь с твоим мужем, скажу, чтобы забирал тебя. Сама ты, судя по тому, как на ногах стоишь, далеко не уйдёшь. Если бы не мой экзамен в академии, на который я опаздываю, я бы сам отвёз тебя...
Он активирует кристалл. Через мгновение в воздухе возникает мерцающий образ Аэрона — уставший, в военной форме, с тёмными кругами под глазами.
— Аэрон, — без предисловий начинает Эйнар. — Забери жену из больницы. Ей очень плохо, она нуждается в отдыхе. Нужно доставить домой и уложить спать. Прямо сейчас.
На том конце повисает пауза. Аэрон отводит взгляд, трёт переносицу. Я вижу, как он колеблется, и от этого зрелища внутри всё холодеет.
— Я не могу, — наконец говорит он глухо. — Совещание только что закончилось, но у меня ещё отчёт для императора, потом построение, проверка личного состава... Я буду только поздно вечером.
— Что значит «не могу»?! — голос Эйнара звенит от едва сдерживаемой ярости. — Твоей жене плохо! Я её полчаса с того света вытаскивал! А ты мне про отчёты и построения?!
— Эйнар, ты не понимаешь, у меня служба, я...
— Служба у него! — рявкает кронпринц так, что я вздрагиваю. Кристалл в его руке начинает мерцать красным. — А ну ответь мне, драконья морда, что ты за муж такой? Совсем плевать на жену? Я тебе жену с того света полчаса возвращал?! Сейчас она еле на ногах стоит, а он занят! Будь я на твоем месте плюнул на все летел к своей жене. Любимая должна быть на первом месте, все остальное после…
Аэрон бледнеет — даже сквозь магическую проекцию это видно. Но в глазах его вспыхивает упрямство.
— Я не могу, — повторяет он жёстко. — Это приказ императора. У меня нет выбора.
— Выбор есть всегда! — рявкает Эйнар и резко обрывает связь, сжимая кристалл так, что тот жалобно трещит.
Несколько секунд он стоит, тяжело дыша, спиной ко мне. Потом резко разворачивается. В глазах — шторм.
— Ладно, к чёрту экзамен, — говорит он коротко. — Сам повезу.
— Что? — выдыхаю я. — Ваше Высочество, не надо, я сама... я вызову экипаж...
Но он уже подходит ко мне — решительный, непреклонный. И прежде чем я успеваю пискнуть, подхватывает меня на руки.
— Эйнар! — я пытаюсь вырваться, но сил всё ещё мало, а его хватка бережная, но стальная. — Что вы делаете?! Нас... нас же увидят!
— Пусть видят, — отрезает он и решительно шагает к двери. — Мне терять нечего. В отличие от некоторых.
Я прижимаюсь к его груди, чувствуя, как горит лицо. Мы выходим в коридор — и тут же натыкаемся на медсестёр, двух дракониц, застывших с открытыми ртами.
— Ваше Высочество! — пищат они.
— Не загораживайте проход, — бросает он, проходя мимо.
Их взгляды прожигают во мне дыру. Я готова провалиться сквозь землю, честное слово! Потому что это же... это сам наследник империи несёт на руках замужнюю женщину! По больнице! Среди бела дня!
А в холле — просто столпотворение. Пациенты, посетители, врачи. Все замирают, все смотрят. Шёпот прокатывается волной:
— Это же кронпринц Эйнар...
— А кого это он несёт?