Я подавилась чаем и уставилась на Лену во все глаза.
– Приворожить?! Ты серьезно?! – прохрипела я. – Лена, ты что, совсем с ума сошла? Мы живем в двадцать первом веке, а не в темном Средневековье.
– Ну и что? – обиделась она. – Зато это проверенный способ. В любви все средства хороши. К тому же, у меня есть один старинный бабкин рецепт. Сработает как часы.
Я невольно расхохоталась, представив себе, как Лена колдует над котлом с зельем в моей и без того захламленной кухне.
– Так, стоп, – сказала я, пытаясь отдышаться от смеха. – Твоя бабка что, ведьма была? Ты это сейчас серьезно?
Лена на секунду задумалась, прищурив глаза.
– Ну… – загадочно протянула она. – Вообще-то, моя бабка кем только не была. И гадалка, если ей хорошо заплатить, и знахарка, и… поговаривают, она еще неплохо заговаривала зубы неверным мужьям. В общем, кто знает, может, и ведьмой тоже подрабатывала по совместительству. Семейное хобби, так сказать.
Мы обе залились смехом, представив себе колоритную бабушку Лены, которая в свободное от колдовства время, наверняка, вязала носки на спицах и пекла пироги.
Несмотря на весь мой скептицизм, мне было безумно интересно посмотреть, чем закончится этот цирк. С Леной жизнь никогда не бывает скучной. И даже если ее гениальная идея с приворотом обернется полным фиаско, у нас будет еще одна уморительная история, которую мы будем вспоминать до старости. Но сейчас, в моей голове роились совершенно другие мысли, совсем не про привороты. В памяти снова всплыли глаза маленькой Алисы, полные тоски, и серьезный взгляд ее отца, Максима. Его предложение все еще висело в воздухе, как дамоклов меч, и я совершенно не представляла, что мне делать. Стать няней и выбросить свою мечту на помойку? Или все-таки рискнуть и попытаться построить карьеру дизайнера, оставив Алису на произвол судьбы? Выбор был сложным, и я понимала, что от моего решения зависят не только моя жизнь, но и жизнь маленькой девочки, которая нуждается в моей помощи.
После того, как мы вдоволь поиздевались над потенциальными побочными эффектами "бабушкиного приворотного зелья" – гадая, не выпадут ли у "принца" волосы, не начнет ли он внезапно говорить стихами на латыни или, наоборот, замяукает ли, как мартовский кот, – Лена, наконец, вернулась в состояние серьезного колдовства и скинула пальто. Тут же принялась вываливать на мой несчастный стол сокровища из своей бездонной сумки. Передо мной предстали какие-то подозрительные корешки, пучки сушеных трав, больше похожие на корм для хомячков-переростков, и мутные пузырьки с жидкостями, от одного взгляда на которые начинала побаливать печень.
– Итак, – торжественно объявила подруга, водружая на голову воображаемый ведьминский колпак и энергично засучивая рукава. – Сейчас мы сотворим настоящее чудо. Главное, чтобы мой "принц на мерседесе" после этой волшебной настойки не начал лысеть, как бильярдный шар, или, что еще хуже, не столкнулся с внезапным кризисом среднего возраста в самом расцвете сил.
– Ну, или, в самом крайнем случае, – подкинула я, стараясь сдержать смех. – Чтобы у него ненароком не случился приступ несварения прямо во время важной презентации. Представляешь, как он с лицом, искаженным от мук, будет пытаться объяснить партнерам, что это – просто "небольшие гастрономические издержки"? Романтика, да и только.
Лена на секунду замерла, с ужасом рассматривая свое колдовское сырье. Ее лицо стало выражать всю гамму эмоций – от легкого сомнения до панического испуга.
– Блин, Кать, а вдруг мы его реально отравим? – прошептала она дрожащим голосом, побледнев, как полотно начинающего художника. – Что, если в бабкином рецепте закралась какая-то ошибка? Или она, наоборот, специально все перепутала, чтобы отомстить своему гулящему мужу? Вдруг это не приворотное зелье, а самый настоящий яд для надоевших супругов?!
Я демонстративно закатила глаза, представляя, как моя квартира превращается в филиал лаборатории доктора Моро.
– Лена, хватит нести ахинею, – отрезала я, стараясь говорить уверенно, хотя внутри зашевелилось неприятное беспокойство. – Если бы это было по-настоящему опасно, твоя бабка давно бы перевела на тот свет половину мужского населения города, не говоря уже о соседях-пенсионерах.
Лена все еще выглядела неуверенно, словно ее терзали смутные сомнения в адекватности своей бабки. Но, видимо, страстное желание приворожить "принца на мерседесе" пересилило благоразумие.
– Ладно, – тряхнула она головой, словно отгоняя назойливые мысли. – Риск – дело, конечно, неблагодарное, но я готова! В конце концов, если что-то пойдет не так, всегда можно свалить все на… эмм… сильную аллергию на какие-нибудь экзотические специи. А мужики вон какие мнительные пошли, сразу поверят.
И вот, под аккомпанемент наших дурацких шуток и подколок, которые периодически перерастали в истерический смех, мы приступили к священнодействию под названием "изготовление чудо-зелья". Лена, с видом профессора алхимии, сосредоточенно измельчала какие-то зловещие корешки, а я, с серьезным лицом ученого, зачитывала инструкции из ее древней, пожелтевшей от времени тетради. Текст был написан витиеватым почерком, с кучей загадочных сокращений и оккультных символов, которые явно должны были держать в неведении непосвященных.
– Так, – бормотала Лена, стараясь не перепутать ингредиенты и не переложить случайно ядовитой травы в салат. – Три щепотки "травы разлучницы", две капли "слез девственницы", щепотка… Ой, а что такое "печень дракона"? Где мне ее предлагают купить, в ближайшем мясном отделе? Или придется лететь в Шотландию и охотиться на Несси?
– Лена, ты хоть сама-то веришь во всю эту ерунду? – съязвила я, стараясь не расхохотаться в голос. – Какой еще, к черту, "дракон"? Может, это просто такая метафора, знаешь, типа "печень злого свекра"? Или "кишки жадного бухгалтера"?
– Ну, откуда мне знать, что творилось в голове у моей чокнутой бабки? – огрызнулась Лена, явно раздраженная моими сомнениями. – Может, она и правда была потомственной ведьмой, и у нее в подвале жил прирученный дракончик, которого она кормила провинившимися мужьями. В нашей семье, знаешь ли, все возможно.
В конце концов, после долгих споров и бурных обсуждений, которые грозили перерасти в полномасштабную ссору, мы все-таки сотворили некое подобие зелья – густую бурую жижу, от которой исходил запах, напоминавший одновременно цветущее болото, высушенную траву и, как мне показалось, слегка подтухшую рыбу.
– Ну вот, – облегченно выдохнула Лена, с гордостью рассматривая плоды нашего колдовского труда. – Зелье готово! Теперь осталось только незаметно подлить его моему "принцу" в кофе или чай. Главное, чтобы он ничего не заподозрил, а то вся магия пойдет насмарку.
– Ты действительно уверена, что эта штука сработает? – с сомнением поинтересовалась я, глядя на подозрительное варево.
– А вот увидишь, – загадочно улыбнулась Лена, как будто только что раскрыла секрет вечной молодости. – Завтра я тебе все-все расскажу. Обещаю, будет очень интересно.
Несмотря на все наши дурацкие шуточки и саркастические подколки, в глубине души меня немного беспокоила эта безумная затея. Но, зная Лену, ее уже было не остановить ничем. Она словно почувствовала вкус приключений и была готова на все ради любви, даже на сомнительные эксперименты с бабушкиными рецептами.
Довольные результатом своих колдовских трудов, уставшие от смеха и слегка взбудораженные перспективой завтрашнего дня, мы наконец-то решили улечься спать. Так как было уже поздно, я предложила заночевать у меня, и Лена согласилась. Пока я с трудом погружалась в сон, в голове крутились обрывки мыслей: о приворотном зелье, о Лене и ее "принце", об Алисе и ее загадочном отце Максиме… И, конечно же, о том, что меня ждет завтра. День обещал быть более чем интересным. Мне оставалось только надеяться, что завтрашний день не превратит мою жизнь в один большой фарс.
Глава 8.
Утро наступило очень неожиданно и почему-то принесло с собой головную болью Видимо я вчера надышалась испарениями от вчерашнего “приворотного зелья”. что готовила Ленка. Сама же виновница моей тяжелой головы, как ни странно, проспала, вернее, ее пришлось откапывать из-под одеяла, словно археолога, обнаружившего ценный артефакт. Едва я успела по всем правилам колдовского этикета освятить кофейным паром кухню, как телефон подруги разразился трелью, больше похожей на предсмертные вопли умирающего динозавра.