Уж не они ли это повсюду — и далеко, и близко — справляются со всякими трудными делами?
Уж не они ли это совсем перед тобой? Вот, вот! Взгляни на собственную свою руку... Это она и есть — вся дружная трудовая пятерка.
С ней все тебе открыто, нет для тебя ничего невозможного.
Как началась в лесу дружба
Старые рыбаки рассказывают о том, как пошла с давних времен в лесу между птицами дружба.
То был старый лес с темными зарослями и маленькими солнечными полянками. Могучие деревья поднимали высоко в небо свои верхушки, а толстые стволы были оплетены лианами, и всюду пестрели яркие цветы.
Здесь, в густой зеленой чаще, жило множество птиц всевозможных пород.
Рыбаки даже помнят о том, как торопились миновать это место, лишь бы не слышать визгливого, режущего ухо птичьего гомона, вечно стоявшего над лесом.
И все же долго провожали их из лесу отголоски птичьих споров и драк.
Тогда дружбы между птицами вовсе не было.
Наоборот! Как слетятся — так начнутся у них ссоры, крики и драки.
Бывало, птица, чуть завидит другую — сразу встревожится и закричит, надрываясь:
— Нет, нет, это я! Нет, это мое! Нет, я первая! Нет, нет, нет! — И уже норовит схватить другую за хохолок, а та тоже кидается в драку и кричит.
Спорили они из-за всего. Из-за червяка, из-за сучка на дереве, из-за клочка мягкого пуха, который, схватившись, раздирали так, что в конце-концов он не мог уже попасть ни в чье гнездо!
А тем временем коршун подбирался к их гнездам и уносил птенцов.
Печальные крики неслись потом из опустошенных гнезд.
А на следующий день опять начинались птичьи ссоры и драки...
Случилось, что в этот лес залетел издалека ворон. Это был старый, мудрый ворон.
За свою долгую жизнь немало лесов облетал он, прежде чем прилетел сюда.
И вот однажды ранним утром, когда солнце посылало в лес первые свои лучи, а воздух был тих и небо ясно, старый ворон опустился на большое дерево.
— Какое прекрасное утро! — сказал ворон.
Взглянув вниз, он увидел фазана. А на поляне цветы раскрывали навстречу солнцу свои лепестки. И фазан в пестром оперении среди цветов — красных, желтых и синих — был так же ярок и красив, как они.
— Ах, фазан! — сказал восхищенный ворон. — Прости, если я сел на твое дерево.
Фазан был поражен. Впервые в жизни слышал он от другой птицы подобные слова.
А ворон повторил:
— Прости, фазан! — И уже готов был подняться.
— Что ты, что ты, ворон! — неожиданно для самого себя воскликнул фазан. — Сиди на моем дереве, сколько хочешь, и, когда солнце уйдет за гору, прилетай снова.
Фазан тоже впервые в жизни говорил подобными словами с другой птицей.
И ворон, когда солнце ушло за гору, вернулся на большое дерево и заночевал на верхушке, а фазан — в ветвях пониже.
На рассвете ворон, расправляя крылья, сказал: