Тогда он прекратил этим заниматься, оставил эту реальность, решив творить миры в других реальностях, раз в этой всё идёт практически одинаково. Группа демиургов, помогавших ему в творениях, упросила его дать им шанс посмотреть, можно ли исправить хоть что-то в этих мирах, ну хотя бы попробовать. Так как один мир уже сам уничтожил себя, устроив войну с применением оружия чудовищной силы.
И вот наконец в одном из созданных миров всё пошло иначе. Диадох Александра Македонского Селевк Никатор после поражения в сражении с другими диадохами увёл свою армию и семьи воинов далеко на восток, где основал новое государство. В других мирах эта армия просто исчезала в песках.
Его воины не ассимилировались среди местных племён, а наоборот, ассимилировали эти народы под себя. Демиурги стали заниматься этим миром вплотную, иногда перемещая туда души погибших в других мирах людей, кого они считали достойными начать жизнь сначала. И как правило это был мой мир, в котором они последнее время черпали всё больше и больше своего вдохновения.
Иногда события шли не так, как им хотелось, и они старались их исправить. Творец категорически запретил им вмешиваться в дела людей. Только сами люди могли изменять свою реальность. Но Творец ничего не говорил о перемещениях душ умерших людей, чем Демиурги и воспользовались.
— Граф Хьюз Вам как образец — всё шло прекрасно, пока на его пути не встал внебрачный сын короля, сумевший не только отравить отца, но и тайно создать вокруг себя группу единомышленников, которая повергла успешное до этого королевство в хаос гражданской войны и резни. В чём его была ошибка, знаете?
— Нет, откуда мне знать.
— В отличие от Вас он старался всё сделать сам. Никому не доверял и все реформы замкнул на себя.
— В отличие от меня?
— Я имею в виду Роанну. Она, то есть Вы, сумела собрать вокруг себя большую группу единомышленников, и не только из простых военных и чиновников, но и из высшей знати. И эти люди никому и никогда не дадут повернуть развитие событий в Империи и в том мире вспять. Чего и мы не ожидали — так это то, что Вы стали привязывать людей к земле, к титулам, и впервые раздавали титулы даже мёртвым, привлекая на свою сторону всё больше и больше людей.
— Но это же очевидно. Необходимо было иметь вокруг себя тех, кто с потерей сюзерена терял всё, и даже жизнь.
— Самое главное — Вам удалось полностью изменить ту реальность.
— Поясните, и, кстати, Вы не ответили на вопрос, когда я спросил «что за тело».
— А, это... Ну, если я появлюсь перед Вами в своём истинном облике, то, боюсь, Ваш разум его не примет. Да и много чего может случиться в округе, поэтому я выбрал тело одинокого старика, вышедшего погулять, несмотря на дождик. Ответ принят?
— Да, ответ принят. Я слушаю. Почему я, и как я опять очутился здесь?
— После смерти короля и казни его сторонников мы начали выстраивать реальность вокруг герцогини Клоринды де Анн, на неё были завязаны многие люди, которые в последующем пошли за Роанной. Но Клоринда нелепо умирает, вообще не вовремя. А тут и Роанна падает с лестницы, у неё оказывается сломан позвоночник. Она лежала в коме, и практически её жизнь угасала с каждым днём. Мы искали подходящую женщину во всех мирах, но никак не могли найти. Мы же можем перемещать души людей только в момент, когда они готовятся покинуть своё тело. И тут вдруг происходит катастрофа с Вами — не спрашивайте, как мы об этом узнаём.
— Я и не собираюсь спрашивать, но та старушка была кем-то из вас?
— Нет, у неё были кое-какие способности, и мы просто перенесли её к тебе в то ущелье, в последующем она не помнит ни мгновения. С тобой говорила не она, а один из нас. И, кстати, чтобы прояснить — я был категорически против этого переноса. И не только я. Потому что Вы мужчина, сложившийся уже мужчина, не юнец и не мальчик, а там тело молоденькой девушки, вообще молоденькой.
— Не напоминайте мне о том, что я сам прекрасно знаю.
— Я опасался реакции отторжения, паники и всего прочего, когда сущность человека оказывается в теле иного пола. Но, к моему удивлению, Вы быстро справились, и именно тогда мы поняли, что не ошиблись, в момент, когда Роанна приняла себя такой, какая она есть, то есть Вы приняли себя в её теле.
— Если Вы и другие были против, то тогда как?
— Старший принял такое решение, он даже руки потер, предвкушая, интересное, как он сказал, зрелище. Его слова — у нас нет времени, и мы не можем опять годами выстраивать нужную реальность, делаем сейчас и мгновенно, иначе в течение часа тело девушки окончательно умрёт. Уже не факт, что оно примет эту душу, и нам придётся начинать всё с самого начала. Так вот Вас и перенесли. И тело Роанны приняло твою душу. А потом и не только тело.
— А сейчас что? Что с Роанной, если я здесь? Её дети, муж, друзья и те, кто её знает?
— С ней? Да ничего, наверно, ещё спит сладким сном. И кошмары ей больше не будут сниться, это просто был, к сожалению, подготовительный период к возвращению. Но без него никак, такова природа перемещения душ.
— Вы представляете, что будет, когда она проснётся?
— Да ничего не будет. Мы сразу же подкорректировали её память и память её сестры, герцогини Этернийской. Они теперь помнят только то, что не связано с тобой, просто как они жили и как Роанна исцелилась от травмы. Воспоминания о Вас просто исчезли. Роанна всё делала сама, от начала до конца, вы меня теперь понимаете? Она теперь может спокойно обходиться без Вас, Вы научили её всему, что она теперь знает, умеет и чувствует, вы научили её стратегически мыслить, научили умению подбирать людей, умению выстраивать отношения и вертикаль власти.
— Но я не понимаю...
— Погодите. У Вас есть время примерно час, и, если пожелаете, я верну Вас в её тело, пока она спит, но это уже будет навсегда. Здесь мы подкорректируем реальность, восстановим Вашу могилу, которой уже нет. Или же Вы просто начнёте в этом мире свою жизнь почти заново. Ну, почти заново, прямо с этого момента. Решение только за Вами.
— Хмм... А как же тогда моя память?
— Вы знаете, я не был сторонником Вам её оставить. Но мои коллеги в один голос говорили — это же гигантский опыт всего, и как бы это дико ни звучало, но им кажется, теперь Вы не совершите многих жизненных ошибок, одна из которых и привела Вас в то ущелье. А они хотят понаблюдать.
— Не знаю, я ведь столько лет провёл в том теле, что...