При этом мир вокруг был для меня предельно чётким и ясным. Я слышал, как справа за спиной Сольвейг возилась у очага. Сквозь запах озона и камня пробивался аромат варёного мяса и тушёных трав.
Металлический черпак стукнул о край котла, вызывая бурчание в моём пустом животе. Даже было немного странно слышать и чувствовать всё это. Ещё недавно всё вокруг было пропитано магией, аномалиями и кровью, а теперь древний особняк Клинковых стал походной кухней.
— Быстрее! — раздался резкий возглас Аскольда.
Следом сталь ударила о сталь. Похоже, что неугомонный Аскольд всё-таки уговорил Рому на утренний спарринг и сейчас выигрывал. Раздался хлопок, и порыв воздуха растрепал мне волосы. Я не открывал глаз, но и так видел всё через ауру.
Движения Ромы и Аскольда оставляли следы, слабые вихри энергии, как линии в воздухе. Аскольд постоянно атаковал, заставляя Рому импровизировать. Клинок сталкивался с посохом, энергия вспыхивала, откатывалась, а затем снова сталкивалась друг с другом.
— Пошёл ты к чёрту! — раздалось неожиданное ругательство от Ромы.
Проигрывать маг не любил.
Я выровнял дыхание и начал тонкую работу — подстройку Сердца рода. Оно пульсировало вязким чёрно-фиолетовым светом. Когда я работал с ним, по моему телу проходила волна жара, и пространство вокруг чуть искривлялось. Моё родное ядро отзывалось мягче, холоднее. Зато теперь я ощущал каждую жилку, каждый сосуд, каждый магический канал. И под кожей, в венах, вибрировала сила.
Я заставил оба потока соединиться и вплёл очередное заклинание в ауру. Мир дрогнул. На мгновение мне показалось, что я могу исказить пространство вокруг себя, сделать его и весь мир вокруг своим, сломать и собрать заново. Я подавил этот импульс.
Мне хотелось закрепить в ауре всё и сразу. В конце концов, в моём арсенале были не только хаоситские, но и смешанные заклинания, но даже без них выбор был просто огромным.
Первым делом я закрепил в ауре заклинание с очень простым названием — «Призыв». Мотивация у меня была простая: я уже в который раз в новой жизни убеждался, что разломы способны породить страшных тварей. Использовать одно из созданий из изнанки самому — это почти как иметь дополнительного Мастера или Магистра на поле боя.
Да, заклинание ситуативное из-за того, что призванное существо может вести себя хаотично, зато если придётся сражаться одному против нескольких Архимагов, то я никогда не буду в проигрыше.
Ещё я выбрал несколько усилений и заклинаний контроля. Пусть я теперь и Архимаг, но это лишь значило, что союзников и ближников мне тоже нужно делать сильнее. Из интересного я вплёл «Корону хаоса», способную подпитать союзников за счёт моей собственной силы, и «Пир хаоса», который заражал врагов хаосом и заставлял их жечь впустую собственную ману и энергию. В затяжном бою это заклинание незаменимо.
Появились в моём арсенале и новые одиночные и площадные заклинания: «Буря стихий», «Червоточина». И новая защита в виде «Зеркала хаоса» или просто «Зеркала». Но их мне ещё предстояло попробовать в бою. Впрочем, я уже представлял, насколько разрушительными могли быть последствия даже моих базовых заклинаний. Всё-таки Архимаг — это совершенно новый уровень.
Бой, гремящий во дворе, стих. Раздавалось лишь громкое дыхание Ромы и сухой, довольный смех Аскольда.
Я открыл глаза. Вокруг меня расходилась волна горячего воздуха, а каменная плита подо мной подкоптилась.
— Буду знать, кого просить разжечь очаг, — раздался спокойный голос Сольвейг. — Заканчивайте, еда почти готова.
Я усмехнулся, но поднялся с камня. Аскольд с Ромой тоже заспешили ближе к очагу, и вскоре застучали походные миски и деревянные ложки. Простая, почти деревенская еда казалась пиршеством. Горячая похлёбка с большими кусками мяса и овощами была настоящим лекарством.
Я черпал густой бульон, на языке чувствовался сладковатый и дымный аромат трав. Уверен, что это Весна положила мешочек с пряностями подруге в поход.
— А я думал, Архимаги только хаосом питаются, — усмехнулся Аскольд и вытер рот рукавом.
Рома улыбнулся, при этом не отрываясь от еды. После тренировки на нём остались пот и пыль. Я же закончил есть, оставил миску и обвёл взглядом двор. Дел было много.
От огня шёл тёплый пар, а деревяшки приятно потрескивали. Наше маленькое пиршество продолжалось недолго, вскоре руины особняка смолкли.
— Ну, — сказал Рома, — что дальше? Мы теперь архимагский род выходит?
— Сначала осмотрим поместье, — сказал я, поднимаясь на ноги. — Здесь могло остаться что-нибудь со старых времён. Всё-таки когда-то здесь были склады, лаборатории, арсенал и многое другое. А потом отправимся искать остальных.
Сольвейг подняла на меня внимательные светлые глаза.
— Остальных?
— Да, — коротко кивнул я. — Тех, кто выжил. Я видел их, когда поглощал Сердце рода. Не знаю, почему они не связались со мной, но найти уцелевших Клинковых я обязан.
Аскольд присвистнул.
— Ничего себе. Получается, не только алтарь рода хранит воспоминания о своих? Не знал.
Сольвейг принялась деловито чистить котёл.