Она опустила глаза на белоснежные пояса и поджала губы.
— Эштон, не оставляйте ее одну.
Кэролл кивнул.
Лоренцо шагнул за нами, но Вадик не стал возражать.
Через пару минут мы уже стояли в гардеробной нашей виллы.
Я распахнула дверцы шкафа.
— Вот.
Утенок действительно был там. Маленький. Желтый. Едва выглядывал из зеленых листьев керамического фикуса.
— Марко, Марко… — Лоренцо отвернулся к окну и вытер рукавом глаза.
Вадик провел пальцами по вставке.
— Она отличается от остальных.
Кумран наклонился ближе.
— Чем?
— Креплением.
Я посмотрела на соседние картинки.
Он был прав. Все остальные были утоплены в поверхность намертво. А вокруг утенка шел едва заметный шов. Вадик подцепил край пластиковой картой, которую все равно носил с собой, хоть на курорте у нас и было "все включено". Керамическая вставка неожиданно легко отошла от стены. За ней обнаружились два маленьких винта. Кумран тут же сходил за отверткой.
Через минуту задняя панель шкафа сдвинулась. И мы все трое замерли. За белой декоративной стенкой находился небольшой технический блок. Экран. Несколько разъемов. Ряд индикаторов. И металлический переключатель под прозрачной защитной крышкой.
Кумран выдохнул:
— Я никогда такого не видел.
— В этом, подозреваю, и состояла идея, — сказал Вадик.
— В этом и был весь Марко. Он с самого детства был таким, — кивнул Лоренцо.
— Похоже на резервное управление периметром, — нахмурился Тифлисов. Но хорошо бы понять что к чему перед тем как нажимать.
— Что-то похожее Марко делал у родителей, — сказал Лоренцо. — Только там была обычная система безопасности.
Вадик нахмурился.
— Значит, принцип тебе знаком?
— Примерно. Здесь я бы ничего не трогал без проверки. Но, похоже, открыть мы теперь сможем в любой момент.
— И убийца об этом не знает. — Кивнула я.
Мужчины аккуратно вернули все на место, и мы вышли в гостинную. Фатима все еще сидела в кресле. Эштон стоял у окна.
Фатима внимательно посмотрела на наши лица.
— Нашли?