Формации, похоже, были одной из немногих областей, где разница между нами работала в обратную сторону: я разбирался в них значительно лучше, чем древний культиватор, всю жизнь предпочитавший решать проблемы прямым ударом.
— Здесь сошлось сразу несколько вещей, — ответил я. — Человек, у которого мне досталось основное наследие формаций, был старым мастером на пике Формирования Ядра. — объяснил я.
Вэй Шань не просто умел строить хорошие массивы. Он понимал их устройство настолько глубоко, что даже его базовые трактаты оказались сложнее большей части того, что я потом видел в Облачном Мече.
Я подтянул к себе один из мешочков и проверил печать на горловине. Всё было цело.
Поэтому я пустил туда Ши Юэ. Он у нас мастер по уничтожению печатей.
Только после этого продолжил:
— Кроме того, я достаточно долго изучал сами формации Горной Печати. Сильнейшие массивы Великой секты, конечно, несравнимы тех, которые были описаны в книжках. Но основа у них всё равно одна. Потоки Ци проходят через узлы, узлы подчиняются общей структуре, а пространственные ограничения должны каким-то образом отличать разрешённый переход от запрещённого. Если знаешь, что именно искать, даже очень сложная формация перестаёт выглядеть цельной стеной.
— «И этого хватило?»
— Не совсем. Я ещё видел, как Юй Жун использовала подготовленный массив перемещения, когда выводила нашу делегацию из Горной Печати. Тогда мне было немного не до учёбы, но устройство перехода я всё-таки запомнил. По крайней мере, ту часть, которую мог почувствовать на своём уровне.
Чжоу Дэ хмыкнул.
— «Всё равно не сходится. Ты всего лишь на стадии Заложения Основы. Такие защитные массивы создавали и поддерживали культиваторы Формирования Ядра. Молодой ученик не должен превосходить их в собственном искусстве».
— А я и не превосхожу.
Ответ прозвучал настолько быстро, что Чжоу Дэ снова замолчал.
Я откинулся спиной на каменную стену и посмотрел на потухший телепортационный круг. Даже эта формация, съевшая небольшое состояние, была жалким подобием настоящих пространственных массивов Горной Печати. Если бы мне сейчас приказали с нуля построить проход, способный перенести целую делегацию через сотни ли и одновременно обойти защиту Великой секты, я бы даже не знал, с какой части начать.
— Я не смогу создать формацию даже с десятой толикой силы их защитного массива, — объяснил я. — Возможно, и с сотой. Но мне и не требовалось создавать его заново. Нужно было понять уже существующую структуру и изменить маленькую часть так, чтобы она на несколько мгновений приняла мой переход за разрешённый.
В прошлой жизни это сильнее всего напоминало программный код. Написать с нуля огромную систему, в которой десятки тысяч связанных частей должны работать вместе, было совсем не то же самое, что получить готовую программу, разобраться в нескольких нужных участках и заменить маленький фрагмент так, чтобы вся система начала вести себя немного иначе. Для второго тоже требовалось понимание, иногда очень серьёзное, но масштаб задачи отличался настолько сильно, что сравнивать их напрямую было бессмысленно.
Именно этому, если отбросить местные термины и красивые названия, наследие Вэй Шаня меня и научило. Не смотреть на чужую формацию как на неразделимую конструкцию, которую можно либо полностью построить, либо полностью разрушить, а видеть отдельные линии, узлы, источники питания и правила, по которым они взаимодействуют. Если достаточно хорошо понять чужую работу, совсем не обязательно быть сильнее её создателя. Иногда достаточно изменить одну маленькую часть и позволить остальной формации самой сделать всё, что тебе нужно.
Собственно, чего еще ожидать от наследия целого культиватора предела Формирования Ядра? Было бы обидно, если бы из его кольца я хотя бы это не получил.
С наследием Янь Мэй было не так оптимистично — до него у меня банально не дошли руки. Но рано или поздно я займусь и им.
— Поэтому я ничего не ломал, — закончил я. — Если бы начал разрушать внешний массив Горной Печати, меня заметили бы раньше, чем я успел сделать второй вдох. Я просто убедил его на короткое время не считать мой переход вторжением.
— «Убедил формацию».
— Красиво звучит, правда?
— «Опасно звучит».
— Это потому, что вы ещё не привыкли.
— «Надеюсь, и не привыкну».
Я улыбнулся и начал разбирать добычу.
В отличие от первого посещения Павильона знаний, теперь выбирать приходилось уже не между двумя особенно нужными наследиями. Я забрал всё, что имело хоть какую-то ценность как источник информации и что можно было унести без необходимости разбирать сам павильон по камням. Поэтому сортировка обещала занять значительно больше времени, чем собственно кража.
Первыми в сторону ушли техники.
Их оказалось очень много. Боевые искусства, методы движения, несколько разновидностей защитных техник, способы культивации, искусства души, методы усиления тела и целый набор наследий, по названиям которых можно было понять только одно: человек, придумавший их, очень хотел, чтобы потомки сразу осознали величие автора. Изучать всё это подряд не имело никакого смысла. Даже если я проведу следующие сто лет только за свитками, половину всё равно не освою, а к концу превращусь в человека, который знает тысячу способов ударить противника и ни одним не владеет достаточно хорошо.
Однако выбрасывать техники я тоже не собирался.