Тогда Феникс впервые разделил свою мощь, лишив ее воли и разбросав эти «кусочки» по множеству подходящих Вселенных. Он не передавал силу. Лишь одалживал.
Так в различных мирах появились первые проводники чужой мощи. И Мультивселенная вновь изменилась.
Долгое время ему казалось, что он смог обойти запрет Творца, что пройдет совсем немного времени — и кто-то сможет «потянуть» за незримую «нить», связывающую его с временными обладателями его сил, окончательно забирая всё себе. Случись что-то подобное — и он получил бы то, что так долго искал. Свободу.
Но одна эпоха сменялась другой. Различные Измерения рождались и вновь исчезали, а он все так же ждал того, что так и не произошло.
Как оказалось, смертные тела были просто не способны выдерживать достаточное для подобного количество его сил.
«Что ж,» — решил он. — «Значит мне просто нужны более совершенные смертные.»
Множество осторожных вмешательств, просьб, временных союзов и сделок. Венцом всего стало обещание помощи от самого Потустороннего, как вполне справедливо подозревал Абстракт, опять ощутившего скуку. Тот вообще был склонен на самые разные безумства, когда находился в подобном состоянии.
Ну а итог? Итогом всего этого стало появление в некоторых вариантах Вселенных тех, кого вполне можно было считать первыми протомутантами.
Он наконец получил в свое распоряжение смертных, в чьи гены была буквально вплетена возможность истинного управления реальностью. И снова принялся ждать, продумывая каждый свой следующий шаг на многие тысячелетия вперед.
Так это существо и добралось до нынешней эпохи, выбрав в качестве наиболее подходящего сосуда именно ее. Точнее, практически все версии Джин Грей, до которых только смог дотянуться его взгляд.
Она ощущала других себя даже сейчас, пусть и смутно, где-то на грани сознания.
Кто-то из них уже встретился с уготованной судьбой, кого-то все еще ждал (не)приятный сюрприз.
Некоторые Джин успешно подчинили чужую силу себе, иные — буквально «сгорели», не справившись.
Или, что, как ей казалось, куда хуже — сожгли весь остальной мир. Благо, сил на что-то большее, чем на одну единственную планету ни у кого из них просто не было. Древнее существо совсем не хотело раньше времени привлечь к своим делам внимание Живого Трибунала.
Стоило ей только чуть сконцентрироваться, как перед ее глазами тут же мелькали кадры из чужих жизней.
Молодые и уже приближавшиеся к своему закату, одинокие и имевшие рядом верное плечо, совершенно счастливые и столь же абсолютно несчастные — разрозненные картинки мелькали с чудовищной скоростью, но нынешняя она все равно с легкостью воспринимала эту информацию.
Девушка вдруг немного смутилась, осознав, что многие ее версии вступали в брак с постоянно находившимся рядом пареньком по имени Скотт. Это был, если так вообще можно было выразиться, самый популярный выбор среди других версий ее «Я».
Были там и другие кандидаты в ее спутники жизни, включая совсем уж экзотических вроде того небритого молчуна с металлическими когтями или даже самого профессора Ксавьера, к слову, оказавшегося чудесным отцом…
Девушка потрясла головой, пытаясь избавиться от засевшей в голове картинки.
Как бы то ни было, для окончательного успеха Фениксу не хватало всего одно шага. Шага, который самостоятельно должна была сделать одна из версий Джин Грей, включая, конечно же, и ее саму.
Кто-то из них должен был стать не просто временным носителем чужой силы, а ее полноценным владельцем, готовым отказаться ради этого даже от собственного «Я».
Она не была «избранной». Не в том смысле уникальности, который обычно вкладывается в это слово. Она была просто одной из множества, к каждой из которых существо, стоявшее на самой вершине власти, использовало разный подход.
Ей не повезло. Или же наоборот, повезло куда больше, чем она этого хотела. Ведь выбранный в качестве катализатора иномирец и вправду смог добиться того, чего не смогли достичь иные версии Джин Грей в других мирах.
Он заставил ее сделать «первый шаг». Встать на путь перерождения в Абстракта.
Девушка знала, что этот процесс уже необратим. Знала оттуда же, откуда чуть раньше узнала об истинной роли обладавшего странными глазами чужака. Это знание просто пришло к ней откуда-то изнутри. Из того самого «океана» безграничной силы, первый «глоток» из которого она уже сделала.
Джин лишь вздохнула, окончательно разорвав связь с чужим сознанием и вновь оглядевшись по сторонам. Окружавшая ее реальность все еще словно бы стояла на «паузе», и девушка сейчас не совсем понимала, что же ей делать дальше?
Спасти друзей и союзников, исцелив раны и вернув мертвых к жизни? Для нее нынешней это было совсем не сложно.
Убить погрузившего ее в иллюзию чужака? Отомстить ему? Ну а смысл? Погрузившись в его мысли, она уже прекрасно понимала, что именно он из себя представляет.
Его совсем не пугала смерть, более того, он был готов к ней практически всегда. От самого первого убийства, увиденного в три года и до нынешних дней весь его путь — это путь шиноби. А для шиноби даже собственная смерть прежде всего — лишь инструмент, которым он готов воспользоваться ради достижения цели.
Джин была в корне не согласна с подобным образом мыслей. И связываться с жившим по такому принципу человеком, особенно учитывая что теперь всё пережитое воспринималось совсем иначе, просто не хотела.