Воспоминание…
Мадара не спешил, разглядывая испуганную, хоть и старавшуюся этого не показывать женщину. Он не любил оставлять за спиной недобитых врагов. И ближайший советник — практически серый кардинал — уже почившего лидера Клуба Адского Пламени, определенно входил в их число.
Вот только и вполне искреннее предложение о фактически добровольном рабстве от не самой глупой на фоне всех остальных жителей этого мира смертницы не могло не вызвать его интерес.
В отсутствии постоянно вспоминаемых Белых Зецу ему довольно ощутимо не хватало квалифицированных помощников, на которых можно было бы спихивать часть требовательных к контролю дел. Так что… почему бы и нет?
Как сам Учиха узнал спустя некоторое время — после изучения чужой памяти — ему еще и повезло. Ведь его не совсем добровольная помощница оказалась здесь не просто так — она тоже искала средство для решения своих проблем.
Мадара собирался вновь сыграть роль злодея, чтобы превратить обычную девушку в существо, в сотни раз превосходящее даже самого Рикудо с заточенным внутри Десятихвостым. Стоявшей сейчас перед ним женщине требовался лидер, что будет способен сплотить остальных, обладающих сверхчеловеческими способностями, и поведет их за собой.
Две довольно разные задачи, которые, при небольшом изменении его первоначального плана, вполне могли иметь одно общее решение.
Шиноби было немного жаль, что в этот раз, похоже, главного злодея предстоит сыграть совсем не ему, а какому-то похороненному в песках древнему вождю. Но замотивированная нужным образом подчиненная будет стараться для общей цели куда лучше, чем если он будет ее принуждать, или, что еще хуже, будет вынужден делать все сам.
У него банально было слишком мало свободного времени. Все оно буквально «пожиралось» обитателями базы и его собственными Планами на этот мир, «перевешивавшими» все остальное.
Да и никто не помешает ему поучаствовать в финальном противостоянии лично. Даже такая возможность насладиться хорошим поединком с сильным соперником лучше, чем ничего…
Перед ее внутренним взором мелькнула еще одна сцена, в которой темноволосый мужчина вновь обсуждал будущее пробуждение Апокалипсиса с конструктивно возражавшей ему брюнеткой.
И Джин тут же поняла еще одну простую вещь: чужак отдал своей приемной дочери лишь малую каплю того объема чужой силы, что получил ранее. Остальную, как и объяснял в воспоминании, обладатель изменяющихся глаз оставил при себе на самый крайний случай.
— Если что-то пойдет не так, то ты сможешь увидеть настоящую вершину возможностей Шарингана, женщина. Узришь, как мир вокруг изменяется, превращая иллюзии в реальность. Немногие удостаивались подобной чести. Цени это.
Изанами и Изанаги — тут же всплыли в ее голове незнакомые слова.
Первая — это иллюзия, в которую ее погрузили, пожертвовав одним из глаз и существенной частью полученной силы.
Вторая же — и вправду могла переписывать реальность во воле своего создателя. А так же являлась одним из средств, которые мужчина собирался применить, чтобы ликвидировать все возможные последствия своих действий, включая и незапланированную войну в Ваканде.
И именно для этого Абстракт и «выдал» ему столь большой объем своей силы, запретив использовать ее как-то иначе.
Джин Грей буквально ощущала себя огромным пауком, вокруг которого на «паутине» висели кусочки чужих воспоминаний. Различные планы, множество обсуждений, споры и постоянные корректировки всего и вся…
Ей было бы довольно просто собрать всю эту разрозненную «мозаику» в цельные картинки новых воспоминаний, но саму девушку, совсем недавно ставшую чем-то иным, чем-то большим, чем просто человек — это уже не интересовало.
Потому что она знала. Знала о том, что сам слишком много о себе возомнивший иномирец — лишь инструмент. Не игрок, а средство, обладавшее одним очень особенным свойством — тем, что пришло сюда извне Мультивселенной.
Он не был подчинен основному потоку времени. Идеальный катализатор, постоянно изменяющий предначертанное.
С самого начала всё происходившее за последние годы, начиная с его попадания в этот мир, их первой встречи, его так называемой «миссии» и заканчивая обретенным ею могуществом — всё это случилось лишь по воле того, кого простые смертные в различных Измерениях звали Фениксом, а остальные Абстракты — безнадежным глупцом.
Существо, разделившее с ней крупицу своего поистине безграничного могущества, было старо. Куда старше этой Вселенной и лишь немногим моложе, чем вся Мультивселенная в целом.
Оно видело рождение и закат множества Измерений. Помнило еще те времена, когда законы мироздания были куда более зыбки и податливы, и даже простые смертные умудрялись возвышаться до уровня, лишь немногим уступавшего силам Абстрактов.
А еще обладатель почти безграничной мощи уже давно устал. Устал от возложенного на него бремени, от приевшегося существования, от неспособности даже самостоятельно умереть.
Вложенная в него Творцом Всегоконцепция просто этого не позволяла. Он не мог умереть, потому что само его существование было необходимо. Не мог передать свою силу и освободиться из этой невидимой «клетки» — поскольку и это было запрещено.
А те немногие, что были способны самостоятельно ее у него забрать — никогда на подобное бы просто не решились. Потому что их так же ограничивали воля Того-Кто-Выше-Всех и надзиравший за ее исполнением Живой Трибунал.
Абстракты не убивают друг друга. Просто потому, что само их существование жизненно необходимо для функционирования всей Мультивселенной.
И уже многие и многие миллионы лет это существо искало. Отчаянно искало выход из сложившейся ситуации, подходя к задаче с самых разных сторон.
Оно не могло напрямую вмешиваться в дела Измерений, ибо это так же было запрещено самим Творцом.