Bleach: Император душ. Том 1: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я медленно отступил от марева. Лучше не становилось. Наоборот, ещё несколько таких переходов — и мне предстояло выяснить, можно ли облевать внутренний мир. Пожалуй, на сегодня экспериментов действительно хватит.

Оказалось, не меня одного посетила эта здравая мысль. Безмолвный доселе мир вдруг мелко завибрировал. Дрожь пробежала по золотому туману, прошла сквозь тело и отозвалась внутри низким, гулким рокотом, который скорее ощущался, чем слышался.

— ДОСТАТОЧНО.

Единственное слово заполнило пространство целиком, не оставляя сомнений в том, кому оно предназначалось.

Язык так и чесался ответить, что как-нибудь без сопливых разберусь, когда мне и что делать. Однако обострять и без того дерьмово начавшиеся отношения я не стал: содержание предостережения полностью совпадало с моими собственными выводами. Начинать первый полноценный диалог с духом со скандала — идея так себе. Впервые за всё время мы пришли к полному согласию.

Махнув рукой в пустоту на прощание, я сосредоточился на физическом теле, смутно маячившем на самой периферии сознания. Стоило переключить внимание, как сияющие арки потеряли чёткость, золотой туман начал бледнеть, а вместо него вернулись осязаемые маркеры реальности: тяжесть клинка на коленях и неприятное онемение в ногах.

Надежда на то, что тошнота останется в чертогах разума, не оправдалась. Едва сознание окончательно вернулось в реальность, комната медленно накренилась в сторону. Пришлось замереть с закрытыми глазами и переждать первый приступ, судорожно сглатывая подступившую слюну.

Осторожно переложив клинок на пол, я упёрся ладонями в доски. Затёкшие мышцы отозвались тысячами мелких иголок. Первая попытка подняться едва не закончилась позорным падением, но со второй я всё-таки встал. Правда, разогнуться в полный рост пока не рисковал — желудок немедленно напоминал о себе. Пришлось отчаянно сдерживаться, чтобы прямо сейчас не начать звать «Бооорьку».

Через некоторое время муть немного отступила, но странная неустойчивость осталась. Пока глаза цеплялись за стены и мебель, окружение ещё сохраняло подобие приличий. Стоило резко повернуть голову или ненадолго прикрыть веки, как опоры немедленно уплывали из-под ног.

К вечеру отпустило, и я уже решил, что последствия настройки прошли. Однако стоило лечь спать, как организм внезапно вспомнил бурную молодость. Едва голова коснулась подушки, накатили старые добрые «вертолёты». Открывал глаза — стены нехотя замирали, закрывал — потолок и кровать снова начинали вращаться безумной круговертью. Мир исправно раскручивался в произвольную сторону, как бы я ни ложился. Забыться сном удалось только под самое утро. Последней тоскливой мыслью перед отключкой было опасение проснуться вдобавок ко всему со злейшим похмельем.

Слава вселенной, обошлось. После пробуждения я был абсолютно бодр и свеж, будто вчерашнего аттракциона вообще не случалось. Голова оставалась ясной, а внутренний океан наконец перестал волноваться. Лишь хорошо знакомый чужеродный оттенок никуда не делся, ощущаясь теперь чуть отчётливее. Значит, эксперимент можно продолжать.

Последующая неделя слилась в одну сплошную мазню. Каждый день начинался одинаково: проверка состояния, медитация и прыжки сквозь сияющие порталы. Я превратился в персонажа тупой игры с единственной механикой: шагнуть в арку, дождаться, пока из тебя выкачают и вернут порцию силы, и повторять это до тех пор, пока скрытая шкала тошноты не заполнится до краёв.

Как только меня начинало всерьёз воротить, золотой мир принимался мелко вибрировать, после чего бестелесный голос изрекал неизменное: «ДОСТАТОЧНО». Спорить с ним я не думал — организм полностью поддерживал это предложение. Оставалось лишь махнуть невидимому хозяину на прощание и возвращаться в реальность. Вечером неизменно следовали «вертолёты», ночью — бесплодные попытки уснуть, а к утру весь негатив исчезал, позволяя начать круг заново.

Дурная бесконечность.

Со стороны заметить хоть какой-то результат было невозможно, однако внутри перемены постепенно накапливались. В первые дни изменённая энергия почти сразу растворялась в общей массе, и выловить её удавалось только при целенаправленном поиске. Чужеродный оттенок быстро терялся, оставляя лишь смутное ощущение, что привычная картина едва заметно сдвинулась.

Но осадочек, так сказать, оставался.

С каждым сеансом след становился отчётливее. Вернувшаяся сила по-прежнему полностью смешивалась с моей, и выделить отдельную порцию было невозможно. Вместо этого медленно менялся весь внутренний океан рейрёку, словно на его дне день за днём собиралась невидимая взвесь. К концу недели перемена ощущалась уже без всяких специальных поисков. Стоило заглянуть в себя, как среди родной силы обнаруживалось нечто — пока ещё тонкое, неотделимое от остального массива, но уже обретшее почти физическую плотность.

— Ну что, опять поиграем в Соника? — спросил у клинка, укладывая его на колени.

Я приготовился в очередной раз очутиться посреди бурлящего океана света, но вместо этого застыл в полном недоумении. Никакой слепящей иллюминации, опостылевших арок и бесконечного золотого марева. Пространство вокруг изменилось до неузнаваемости.

Под ногами лежали зеркально отполированные плиты чёрного камня, в которых смутно отражалось сияние далёкого золота. По обе стороны уходили вперёд ряды циклопических колонн, напоминавших крепостные башни. Высоко над головой они распадались на каменные рёбра и соединялись в стрельчатые своды, однако разглядеть потолок не удавалось — он терялся в глухом сумраке, куда не проникало даже местное свечение.

При всех моих габаритах этот зал заставлял чувствовать себя не великаном, а ничтожной единицей измерения. Здесь всё было рассчитано на иной масштаб: расстояния, высота, толщина камня. Словно безвестные зодчие заранее знали, что однажды сюда войдёт кто-то вроде меня, и решили наглядно продемонстрировать ему его истинные размеры.

Стены от самого пола до основания сводов были покрыты бесконечными строками текста. Знаки не выглядели высеченными — они гнездились в самой толще чёрного камня, просвечивая сквозь полировку приглушённым золотом. Те же письмена вились вокруг колонн, повторяли изгибы арок и разбегались по залу ровными рядами.

По отдельности буквы казались знакомыми. Большинство напоминало латиницу, попадались символы, похожие на греческие, а некоторые я точно уже видел в прошлых жизнях. Однако стоило попытаться прочесть хотя бы слово, как фокус плыл. Знаки упорно отказывались трансформироваться в членораздельные звуки, оборачиваясь визуальным шумом. Словно кто-то взял мешанину из знакомых алфавитов и записал ими язык, которого никогда не существовало.

Оставив письмена в покое, я перевёл взгляд вглубь центрального нефа. Ряды колонн, линии сводов и золотая вязь на стенах тянулись в одну сторону, увлекая внимание к дальнему концу зала. Там, над широкой лестницей, высилось сооружение, рядом с которым всё увиденное до этого момента превратилось в обыкновенные декорации.

Золотой трон.

Назвать это креслом можно было лишь при очень богатом воображении. Многоступенчатое основание разрасталось широкими платформами, высокая спинка поднималась почти до сводов, а массивные подлокотники напоминали орудийные бастионы. Из глубины конструкции тянулись пучки толстых кабелей и труб, исчезавших в полу, стенах и колоннах — словно трон не установили посреди зала, а вырастили вместе с ним как часть единого колоссального механизма.

Золото не блестело, как начищенная монета. Оно казалось старым, тяжёлым, местами почти тёмным, с тонкими чёрными прожилками в стыках исполинских панелей. По всей поверхности проступал монументальный барельеф из крыльев, черепов и двуглавых орлов. В любых других условиях подобное обилие элементов выглядело бы ярмарочной безвкусицей, но здесь украшения терялись в масштабе, оставаясь лишь крупицами чего-то неизмеримо большего.

Передо мной находился не символ власти и даже не место правителя. Это был сплав алтаря, крепости и циклопической машины, построенной вокруг единственного сиденья.

Не узнать его было попросту невозможно.

Золотой Трон Императора Человечества.