Собака глухо зарычала.
— Оскар, не волнуйся, всё хорошо, — вполголоса обратилась я к собаке.
Боевик навис надо мной.
— Откуда имплант? — повторил он, и ствол дёрнулся к моему плечу. — Я задал вопрос!
Я смотрела на него снизу вверх — на мокрую маску, на линзы, за которым не было видно глаз.
— С войны, — сказала я. — Со старой и чужой. С той, где все давно умерли.
— В уши ссать вздумала?! — Он сделал полшага вперёд, и ствол упёрся в биотитановую пластину. — Это боевой имплант. С покойника сняла?
— А сам как думаешь? — процедила я, сохраняя видимость спокойствия.
Он, кажется, на долю секунды растерялся — и сменил тему.
— Что в машине? Кого везёшь?
— Никого, мы тут одни. Мы просто ехали…
— На таких скоростях «просто» не ездят! — рявкнул боец. — Оружие для противника?! Боеприпасы?!
Я почувствовала, как Алиса сзади вжимается мне в поясницу — и её дрожь передавалась мне сквозь одежду, мелкая, быстрая, как ток.
— Ничего нет, — тихо сказала я. — Просто выживаем.
— Хатчинс, проверь машину! — скомандовал он, и один из закатанных в броню силуэтов двинулся к торчащей из канавы корме стального зверя. — «Сфера», режим приманки в ста метрах отсюда.
Лопасти дрона загудели, еле слышные на фоне рёва двигателей. Он взмыл, на секунду замер — и рванул сквозь стену дождя в сторону перекрёстка поодаль. Завис, замолотили воздух во всю мощь винты, слышные даже отсюда, и замигали разноцветные огни — белый, синий, красный, зелёный… И дальше по кругу.
— Дохляки в зоне видимости, сэр! — крикнул кто-то из темноты, и один из ярких лучей метнулся в сторону, выхватывая из плотной дождевой завесы обочину.
В пульсирующем свете возникли два оборванных мертвеца и с гортанным воем кинулись к нам. Грохотнула короткая пулемётная очередь, скашивая обоих, и эхо моментально проглотил шум дождя.
Хатчинс тем временем отодвинул полурасстёгнутый брезент и бегло оглядел внутренности «Райно».
— Сумку сюда! — Перед моим лицом возникла рука в зелёной перчатке.
Я медлила. «В сумке пистолет. Отдать? Или выхватить? А патрон-то всего один… Этот здоровяк упакован на совесть — шлем, броня. Единственный выстрел должен быть точным — и в упор. Но что делать с остальными?»
Прожектор сделал ещё один резкий вираж, озаряя заражённого возле угла здания. Вновь простучал пулемёт, опрокидывая тело на мокрый асфальт, а следом второй прожектор метнулся совсем в другую сторону, на бетонную ограду с высаженными вдоль неё деревцами. Ещё один доходяга семенил в нашу сторону.
И тут — секундное замешательство. Лёгкий поворот головы — боец передо мной отвлёкся, а мой рефлекс сработал раньше мысли. Я изо всех сил ударила его ногой по колену, одновременно набросившись мехапротезом на шею того, что сбоку. Пистолет уже был в руке. Дуло упёрлось в стык между шлемом и наплечником. Попав в болевой захват, боевик теперь отделял меня от слепящих фар.
— Оружие на землю! — заорали из темноты.
— Сами кладите! — рявкнула я. — А стреляю я лучше, чем любой из вас!
Кажется, замешкались. Не ждали подобного поворота событий.
— Мы не хотим никому зла! — попыталась я закрепить успех. — Просто дайте уйти!
— Спокойно, парни! — вскинув руку с автоматом, обратился к сослуживцам взятый в захват боевик. — И ты тоже успокойся и не усугубляй своё положение. Пистолет положи — и поговорим.
Вполоборота повернувшись к опешившей девочке, я негромко приказала:
— Алиса, будь всё время у меня за спиной и не высовывайся!