Майор молчал. Альберт был прав — никакой взаимовыгодной сделки здесь быть не могло. Ковчег не впишется в этот конфликт на стороне повстанцев, а нас, сыграй мы на его стороне, было слишком мало, чтобы что-то изменить. Это понимали все присутствующие.
Скрипнув стулом, Альберт откинулся на спинку и задумчиво изучал нас, сноровисто вертя в ладони старомодную металлическую зажигалку. Она проворачивалась в его руке и издавала тихие щелчки, будто затвор оружия — щёлк, щёлк. Тяжёлый взгляд генерала-губернатора скользил с майора на меня и обратно. Наконец Оникс нарушил повисшее молчание низким, стальным голосом:
— Мы не уйдём без информации, вы должны это понимать. Если придётся, мы получим его местонахождение силой.
— Силой? — Короткий хриплый смешок отразился от гулких стен. — Не взваливай на себя слишком много, солдат. Даже твой хребет имеет предел прочности.
Оникс шумно выдохнул, но промолчал, а Альберт бросил взгляд куда-то в сторону и нажал на сенсор перед собой.
— Слушаю, генерал-губернатор, — раздался баритон из динамика.
— Позовите ко мне Рихарда.
— Есть, — отозвался голос.
— Я человек не злой, — хладнокровно сказал Альберт, обращаясь к Ониксу. — Иногда я подаю даже нищим, хоть им и нечего предложить взамен…
Через полминуты дверь отворилась, и в помещение вошёл невысокий лысеющий чиновник в изящном лорнете с прозрачной, невесомой оправой. Коротко кивнув Альберту, он подошёл к нам и протянул сухощавую руку.
— Рихард Фройде, военный врач «Фуэрцы дель Камбио» и второй замминистра медицины Конфедерации… Бывший замминистра, — поправился он.
— Лиза, — сказала я и осторожно пожала протянутую руку.
— Оникс, командир спецгруппы Ковчега. — Майор отдал честь. — Мы получили ваши снимки. Владимир Алексеевич передаёт вам привет.
— Спасибо за привет от Володи, но… О каких снимках идёт речь? — Фройде медленно снял лорнет и протёр его, «покупая» время. Его взгляд метался между нами, в нём читалась неподдельная растерянность, граничащая с тревогой.
— Как это каких? О тех, что месяц назад передал на Ковчег связной. Вот об этих. — Браслет на запястье Оникса выплюнул крошечную голограмму. Мелко мерцающие зеленоватые изображения сменяли друг друга в воздухе, подсвечивая наши лица и растворяющийся под потолком клуб едкого сигаретного дыма.
— Это не моё, — хмыкнул Фройде. — Я впервые вижу эти кадры.
— Так это не ваших рук дело? — Теперь уже брови Макарова поползли вверх, под потолок, покоряя недостижимые высоты.
— Нет, не моих… Да, месяц назад всё примерно так и было, но я не делал никаких снимков. И ни с каким связным я не встречался.
На секунду взгляд Оникса стал абсолютно пустым — внутри его головы со скоростью света прокручивались варианты и пересчитывались риски. Затем пустота сменилась стальным блеском.
— Вот так дела, — протянул Оникс, расстёгивая ворот комбинезона, под которым светлел полосатый тельник. — Нам надо поговорить, господин Фройде. Наедине, если это возможно.
Рихард вопросительно глянул на Альберта, и тот ответил едва заметным кивком. Агент и майор покинули помещение, оставив нас с Альбертом наедине. Только он, я — и призрак нашего общего прошлого.
Вспоминая нашу с ним последнюю встречу, его высокомерность и уверенность в себе, его пренебрежение к ближайшим соратникам, я вдруг ощутила острое желание кольнуть его побольнее.
— Впечатляющий карьерный рост, Альберт, — сказала я, ощущая во рту горький привкус старой злости, и обвела помещение взглядом. — Из криминальных авторитетов в лидера партии, а теперь вот уже целый генерал. Наверное, Рамон бы гордился… До кресла председателя Правления Конфедерации осталось совсем немного. Если, конечно, тебе дадут вылезти из этого подвала.
— Селарио перебежал на сторону Земли сразу же после отключения врат, — махнул он рукой, словно не услышал колкость и мой тон. — Сонора осиротела, и место губернатора должен был кто-то занять. Пришлось, так сказать, сделать шаг из строя… Но ты забыла и про другие мои ипостаси, Лиза. Подмастерье в обувной мастерской. — Генерал-губернатор Отеро стал загибать пальцы. — Рабочий на конвейере. Полицейский. Бригадир, застройщик, глава совета промышленников… И ты забыла о самом главном — о надёжных товарищах из «Фуэрцы дель Камбио».
— В организаторских талантах мне до тебя далеко, — призналась я. — И незаменимых у тебя, как водится, не бывает.
— Я понимаю твоё желание язвить, — снисходительно усмехнулся он. — Но лучше скажи мне — ты нашла то, что искала?
— Как быстро летит время, — вздохнула я и закрыла глаза. — Буквально вчера я вышла из роскошного кабинета в здании правительства, попрощавшись с тобой навсегда…
— А сейчас сидишь в бункере напротив генерала обречённой армии, — закончил он за меня.
— Помнишь своё последнее письмо? Про ящик Пандоры. Ты имел в виду… это? — Я обвела рукой помещение.
— Верно говорят — беда не приходит одна. — Он со стуком опустил на стол потёртую стальную зажигалку. — Не нужно было лезть в этот гадюшник на краю света. Но ладно я… А тебе-то чего стоило прикончить этого Джона и выкинуть его в лаву вместо того, чтобы слушать мои бредни?