— Уберите это! — отчаянно вопил Дженкинс. — Вытащите меня отсюда!
— Огонь на поражение! — заорал Эмиль, всё ещё удерживая канат.
— Suse ma bite, bordel de merde! — рявкнул Мишель и зажал гашетку.
Стрёкот многочисленных автоматов слился в сплошной грохот — к Мишелю присоединился Керри с той стороны, стреляли и коллеги со склона выше. По глазам били ворохи ярких вспышек и лучи трассеров.
Очнувшись после секундного замешательства, я схватила автомат, щёлкнула предохранителем и стала прицельно стрелять одиночными. Чёрные острые тени метались, попасть в них было почти нереально, а я отчаянно жалела об отсутствии боевого стимулятора.
Карабин Мишеля захлебнулся, и он взялся перезаряжать оружие — как вдруг гигантское метровое насекомое, чем-то похожее смесь стрекозы и богомола, с размаху обрушилось на него всем своим весом. Боец потерял равновесие, взмахнул руками и с нечеловеческим криком низвергнулся прямо в каньон.
Треск автоматов превратился в долбёжку отбойных молотков. Казалось, эту какофонию сейчас слышат даже на севере, в Олинале.
И тут краем глаза я увидела — с той стороны котловины, на верхушке стальной стены загорелась россыпь красных огней. Лампы замерцали, потухли, зажглись снова, и сразу же воздух наполнился железным скрежетом. Справа, из-под отвеса показался край металлической платформы, которая медленно ползла в сторону «острова» с лабораторией.
— Эмиль, мост! — закричала я, стараясь пробиться сквозь оружейную трескотню. — Нас впускают! Скорее на мост, это наш шанс!
Пригнувшись, я рванулась к выдвигающейся конструкции. Эмиль спускался следом, поливая огнём пространство над головами ссыпающихся с горы бойцов, прикрывая их отход. Один из них споткнулся и кубарем полетел вниз по склону, разбиваясь о камни. Пытаясь попасть по мечущимся теням, я пускала в темноту короткие очереди и старалась экономить боеприпасы — запасной магазин я забыла сзади, в рюкзаке, бежать за которым сейчас было немыслимо.
Ступив на вибрирующую металлическую конструкцию, я присела. Механизм уже почти достиг встречной секции, готовясь сомкнуть спасительный переход над пропастью, и нам предстояло преодолеть добрые полсотни метров по совершенно открытому пространству.
Я обернулась и увидела Эмиля и его подчинённых — один из них тащил раненого товарища, закинув его руку себе на плечо, а во второй руке держал автомат и вслепую постреливал в воздух. Дав несколько прицельных залпов, я развернулась и побежала по мосту. Упаковки с влагоконцентратами в набедренных карманах штанов зазвенели, словно бубенцы, запрыгали, заплясали, норовя выскочить и рассыпаться по стальному настилу.
На той стороне часть стены напротив моста сдвинулась вбок, и из проёма показались две громоздкие фигуры. Натуральные ходячие танки в полном боевом облачении, увешанные бронепластинами, в глухих многослойных шлемах.
С миниганами наперевес две фигуры встали по сторонам от ворот.
Грянул гром — и в небо взметнулись два факела жёлтого пламени. Упираясь ногами в землю, боевики ураганным огнём поливали пространство поверх наших голов, то и дело срезая очередную крылатую тень, разрывая её в клочья над каньоном, а я, оглушённая, рухнула на стальную рампу и прикрыла голову руками.
Мимо пронёсся Оливер, рядом возник Эмиль, схватил меня за руку и дёрнул за собой. Позади раздался пронзительный вопль, мост пошатнулся, и я обернулась на крик. В озаряемой огнём полутьме одна из летающих тварей, ухватившись острыми суставчатыми лапами за жилет бойца, чьего имени я так и не запомнила, вцепилась ему прямо в лицо. Хрустнуло мясо, боец пошатнулся, сорвался с почти отвесной стены и скрылся из виду.
Бежавший следом за нами по мосту Хью рухнул на рампу, облепленный жадными насекомыми. Я было дёрнулась ему на подмогу, но его спустя мгновение уже алчно рвали на части с полдюжины невероятно быстрых тварей. Ощутимо качнув мост, между нами приземлился ещё один богомол-переросток. Заклацав жвалами, существо угрожающе растопырило острые передние лапы и вперило в меня фасеточные, словно у мухи, глаза.
Забыв обо всём на свете, я рванула прочь от стаи насекомых и обречённого Хью. Один из незнакомцев тем временем отпустил гашетку раскалённого минигана и пошире распахнул створ ворот. Через считанные секунды Оливер, Эмиль и я оказались внутри периметра, незнакомцы отступили следом, а массивные ворота с лязгом захлопнулись.
— Быстро в здание! — донёсся приглушённый боевой маской хриплый рык. — Бегом, второй раз повторять не стану!
Преодолев последние метры до спасительного входа, мы сквозь поднятую гермодверь ввалились внутрь. Я пыталась отдышаться, прислонившись к стене маленького, хорошо освещённого помещения. Сердце колотилось, как подстреленная птица, а в ушах всё ещё стоял этот звук — хруст жвал, впивающихся в плоть, в её самые незащищённые и мягкие места. В стороне раздался жидкий плеск — Оливер, держась рукой за стену, расставался со своим скромным завтраком…
Глава V. Пауки
… Косохлёст беспощадно полосовал лицо и плечи, одежда давно уже превратилась в липкое, влажное месиво, а я, дрожа от мокрого холода, мёртвой хваткой вцепилась в штурвал ховербайка. Тут и там чёрную завесу над головой прошибали молнии, на мгновение освещая пересечённую местность далеко внизу и синими изломанными дугами уходя в землю. Как заклинание, я исступлённо повторяла:
— Только не в меня, только не в меня… Пожалуйста, только не в меня…
Единственный раз сверившись с картой перед самым отлётом, я выбрала направление и тупо гнала гравицикл прямо, наперерез ветру с ливнем, никуда не сворачивая, чтобы не заблудиться. Очередная вспышка озарила берег внизу, а вдалеке забрезжили едва различимые туманные огоньки. Они быстро приближались, во мгле вырастал водный посёлок. Сверху Новая Венеция была похожа на робкую светящуюся паутинку, раскинутую в неглубоком колодце белёсого тумана посреди бескрайнего водохранилища.
Толкнув штурвал, я устремила машину вниз, прямо на деревню. Армия чёрных крыш ощетинилась острыми клиньями, растянув ловушки-провода. Едва не свалившись с ховербайка, я выровняла машину, которая, покачиваясь под порывами ветра, повисла над опустевшим к ночи рыбным рынком. Вонь тухлой рыбы окутала меня облаком, проникавшим во все самые укромные уголки разума. Шаря глазами в полутьме, я высматривала место для посадки.
— Слышь, наездница! — раздался хриплый крик сквозь шум дождя. — Метров на тридцать сдай назад, на плоской крыше можно приземлиться! И не рыпайся, а то дырку проделаю!
Внизу блеснул мокрый силуэт с направленным в мою сторону оружием. Из-за угла ближайшего дома показался второй, ещё два возникли на крыше соседней постройки. Не очень-то тёплый приём, но сейчас ради сухой постели я была готова отдать всё, что у меня было — даже этот гравицикл.
— Всё нормально, свои! — крикнула я в ответ и аккуратно развернула машину.
Зависнув над плоской площадкой, погасила двигатели, и машина гулко стукнулась о щербатые деревянные доски. Тут же рядом очутились пара здоровяков в блестящих мокрых плащах.
— Давай рюкзак, — приказал один из них, протягивая руку.