— Итак, мы на свободе. Штурман, прокладывай курс, — полушутливым тоном приказал он и выудил из бардачка старую, видавшую виды карту.
— Нужно обойти Сайрен с юга и дойти вот досюда. — Я указала точку на юго-восточной окраине города, сверившись с электронной картой Такасимы.
— Да тут совсем рядом, — махнул рукой Данила. — Я-то думал, тебе надо куда-нибудь под Ингу… Доберёмся за полчаса.
Деревня, укутанная непроглядной дымкой, осталась позади, и сбоку пополз отдалённый берег, а редеющий туман начал рваться на клочья, словно грязная вата. Данила закрыл обтекатель, поддал газу и вздохнул.
— Вот так решишь перед отъездом деньжат поднять, а тебя обставит мешок жира с одышкой. Надо было мне на армрестлинг пойти, там бы я им всем руки пообломал. — Он продемонстрировал крепкий бицепс, взглянул на меня искоса и вопросил: — Ну, рассказывай, кто ты такая? Чем добываешь на хлеб?
— Тебе-то что? — буркнула я. — Деньги свои получил обратно, поможешь мне в ответ — и на этом всё — разбежимся, как в море корабли.
Он помолчал, глядя на набегающую воду.
— Просто интересно, кого я везу. Ты ж не местная… и не торгашка. Беглянка, может? Те себя по-разному ведут.
— А ты, значит, всяких повидал?
— Всяких. — Он бросил на меня короткий, оценивающий взгляд. — Кто от войны бежит, кто от долгов, а кто… от себя. Ты — не от войны и не от долгов. Так что ты тут делаешь?
«И вправду, что я тут делаю?» — подумала вдруг я. — «Охочусь? Или убегаю?»
Вопрос застрял в голове, как заноза. Я сжала зубы — отвечать не хотелось, а по позвоночнику побежал холодок — дрожь от дьяволова сока. Он обострял звуки — плеск воды, гул мотора и каждое слово Данилы звучали громче, чем должны. Громче, чем хотелось.
— Слушай, болтовня — не мой конёк, — отрезала я, глядя поверх его головы, и мой голос прозвучал резче, чем обычно.
— Да уж, заметно… Ладно, в душу лезть тебе не буду, — легко сказал он, смахивая с лица волосы. — Ты только, главное, себе не ври. Обычно это боком выходит.
Я лишь хмыкнула, а он замолчал и сосредоточился на управлении судном.
«Он знает», — думала я. — «Знает про Слесаря, про сок, про то, зачем я сюда притащилась… Нет, глупость, конечно… Откуда?»
На секунду мне захотелось рассказать ему всё — просто чтобы хоть кто-то знал. Но, стараясь держаться невозмутимо, я принялась увлечённо разглядывать далёкую сушу. Вскоре аэроглиссер вкатился в узкое устье, и по сторонам поползли заросшие берега. Машина подскакивала на лёгких волнах, мелкие брызги били в обтекатель…
Мы приближались к месту назначения. В просветах между деревьями, словно призраки, то и дело мелькали остовы покосившихся вышек связи и стальных опор ЛЭП. Густая сеть речушек, как выяснилось, была очень удобным способом перемещения. Почти сотней километров выше по течению эти переплетающиеся протоки объединялись в величественную реку Аматею, которая брала исток в непроходимых горах на юге.
Состоится ли встреча с бывшим сотрудником фонда? Что он скажет, когда увидит меня с поддельным письмом? Наверняка пошлёт подальше — по крайней мере, я бы так и сделала. Но что я буду делать в этом случае?
Так или иначе, Данила очень вовремя и к месту попался мне — пешее путешествие через город или даже в обход, по лесам, создавало ненужные риски. А вода… Находясь на воде, я могла не беспокоиться о том, что за мной увяжется полиция. По крайней мере до тех пор, пока они думают, что я на суше…
Катер сбавил обороты, нырнул левее, к берегу, и вскоре его широкий нос уткнулся в стену высоких густых камышей.
— Вот и всё, — сказал Данила. — Ближе не подойдём, отсюда тебе придётся пешком.
И тут же, будто из-под земли, на берег из густых прибрежных кустов высыпала стая коренастых, гиеноподобных собак. Они подскакивали на месте и скалились острыми серыми зубами, облаивая глиссер, но вскоре двигатели машины затихли, собаки тоже успокоились и принялись прохаживаться вдоль берега, искоса поглядывая на незваных гостей.
— Голодные, поди, — со странной лаской в голосе заметил Данила. — Целыми днями по берегам шарахаются, рыбу ловят. А мы им тут добычу распугиваем своими катерами.
— Отлично, — протянула я. — Теперь нужно решить, как мне самой не стать их добычей…
Я оценила стаю в полдюжины особей. С оружием и протезами у меня вполне были шансы на успех — но только если меня не повалят на землю.
— Почему-то я до сих пор не видела собак? — спросила я. — В городе должно быть полно еды — свалки, мусорки. Если уж собакам и собираться стаей — так именно в городе, разве нет?
— Собаки неглупы, они чуют — от людей в городе добра не жди. Или застрелят, или зажарят и съедят. Поэтому они тоже уходят, и правильно делают… И мы тоже скоро уйдём.
— Кто это — «мы»? — спросила я.
— Знаешь Виктора, брата моего? — Мой попутчик с улыбкой уставился на меня, но потом махнул рукой. — Да нет, откуда тебе… Он со своими людьми задумал кое-что грандиозное. — Данила ткнул пальцем в потолок кабины. — Наверх собирается. А я вот запчастей прикупил по списку — резисторы, замыкатели, квант-релейки… — Он с любовью погладил один из ящиков, стоявших в проходе. — В Венеции чего только нет!