— Интересное у тебя увлечение. — Я обвела взглядом полупустой стеллаж. — Никогда бы не подумала, что ты, Альберт, играешь в детские игрушки. Тем более, древние, как сам мир. И, кстати, уже не первый раз слышу это слово — «советские». Ваня постоянно слушал советские песни, а у тебя вот — игрушки.
Альберт водрузил модель на полку, присел в кресло напротив меня, достал из ящика стола пепельницу и пачку дорогих сигарет.
— Была когда-то такая страна на Земле, на месте вашего нынешнего Содружества, — мечтательно сказал он. — Из всех учебников и энциклопедий её давненько вымарали, чтобы «спящих» людей лишний раз не бередить идеями какого-то там «всеобщего равенства»… Уникальная была страна. Результат попытки построить справедливое общество. У них, конечно, ничего не получилось, человеческая натура взяла своё. Но до того, как Союз исчез, его жители всего за полвека успели создать целый пласт культуры, оставили неугасающую память о себе. И, как видишь, некоторые продукты той эпохи сохранились по сей день…
Он осёкся и посмотрел на меня. Прикурил сигарету, которую всё это время крутил в пальцах. Взгляд его тёмных глаз с красными прожилками сквозь облако табачного дыма приобрёл привычный холод.
— Ну, Лиза, рассказывай. Ты ведь не просто так здесь, верно?
— Да, не просто так. Мне нужна твоя помощь, Альберт.
— Какого рода?
— Информация. Мне нужно узнать, где скрывается «Интегра».
— Вот так дела! — На его лице не дрогнул ни один мускул, лишь зрачки на мгновение сузились, словно у кота на солнце. — Собираешься записаться в стройные ряды галактических террористов?
Я помотала головой.
— Нет, не для этого. У них есть кое-что, что мне необходимо забрать.
— Не припоминаю, чтобы кому-то удалось забрать что-то у «Интегры». Все подобные попытки заканчивались тем, что отдельные части лихого дурачка находили в мусорных контейнерах по всему Сектору.
— Ну, значит, я буду первой, кто это сделает, — пожала я плечами. — Но для этого мне нужны сведения.
— Ты очень вовремя ко мне пришла. — Альберт постучал костяшками пальцев по столешнице, поднялся и принялся расхаживать по кабинету. — Тебе нужна моя помощь, поэтому взамен я попрошу оказать мне услугу.
— Какого рода? — его же словами спросила я.
— Ничего особенного, — небрежно махнул он рукой. — Простая доставка предмета из точки «а» в точку «б».
— Хорошо. Введи меня в курс дела.
Вернувшись к столу, он раздавил бычок в идеально чистой хрустальной пепельнице и протёр усталые глаза.
— Дела у Пироса, как ты видишь, не очень, — сказал Альберт и снова закурил.
«Он слишком много курит», — подумала я, а Отеро продолжал:
— Здесь, в столице, может показаться иначе, но благополучие обманчиво. Провинция стагнирует. Пирос медленно увядает.
— Ты поэтому переехал в этот замок с охраной в деловом квартале? — Я обвела помещение взглядом. — Из сочувствия к увядающим?
Отеро усмехнулся — коротко, без веселья, а в глазах сверкнула сталь.
— Ты всегда умела бить под дых, Лиза. С самого начала, с самого первого контракта. — Он выдохнул дым под потолок, и голос его смягчился. — Мне не нужно ночевать в полях и стричься под горшок, чтобы доказать, что я свой. Я уже доказал. Тем, кто хотел это увидеть.
Выждав немного, он прищурился, едва заметно кивнул и повернулся в сторону окна, задумчиво уставившись вдаль, сквозь стекло.
— Правлению Сектора выгодно держать колонии на коротком поводке, — сказал он. — Земля искусственно тормозит развитие других планет Конфедерации. Они видят в нас конкурентов, а не соседей или родственников.
— Мы ещё два года назад это обсуждали, — сказала я. — Воротилы с Земли выжмут отсюда все соки… Знаешь, я вот никак не пойму, зачем это? В интересах всего человечества, чтобы все наши планеты развивались. Даже капиталу это выгодно — чем богаче рынок, тем больше денег с него можно состричь…
Альберт хмыкнул.
— Менеджерам, которые подписывают законы, но ни за что не отвечают, всё это неинтересно. Конфисковать весь уголь, пришедший с Пироса? Берут под козырёк. Взвинтить до небес экспортные тарифы? Раз плюнуть! Я уже не помню, когда центр дал построить здесь хоть что-то сложнее угольной ТЭЦ. Зато сколько всего было закрыто в первые годы — фабрика вертолётов, завод микропроцессоров, сталелитейный…
Я поморщилась.