В это время Мороз достал из мешка коробку, в которой была игрушка — кукла, точная копия той, о которой когда-то мечтала маленькая Юська, но во время великого дефицита достать такую в маленьком городке, где проживала ее семья, было просто нереально. Потому кукла так и осталась заветной недостижимой мечтой.
Юника приняла куклу и растерянно посмотрела на присутствующих. Поток негатива усиливался. Унижение! Вот что она сейчас чувствовала ото всех разом, даже от Даары. На нее смотрели, как на животное в зоопарке. Обезьянке протянули банан и смотрят, как она его сейчас почистит и съест.
Чтобы девчонка сейчас не ответила, как бы не среагировала, правильного пути все равно нет. Им просто нужен был повод крикнуть: «Ату, ее!» И тогда все нападут с удвоенной силой. Она не видела здесь ни одного человека. Это была стая зверей, злобных и жестоких зверей.
Кроом подошел и, глянув на подарок, спросил:
— Ого! Из вашего времени? Здорово! Интересная работа! А что это? Модель человека?
В этот момент Юника поняла, что Кроом не в курсе про игрушку, а значит не он вынул из ее воспоминаний этот период.
И тут девушка вспомнила вечеринку, когда она ощутила провал во времени и потеряла целый отрезок — он исчез из ее памяти. Она сразу же почувствовала такой же холод, как и тогда.
Мороз! Мороз проник в к ней память так, что она даже и не поняла этого. Он реально ее заморозил, все нейроны, кровь, он остановил в ней жизнь и легко проник в ее сознание. Девушка поняла, насколько он могущественней всех остальных здесь. Те, предыдущие попытки, она могла считать и даже умудрялась бороться с ними, но Мороз оказался в разы их всех сильнее.
— Спасибо дедушка, жаль, ты опоздал лет на тридцать, но все равно приятно, — Юника изо всех сил постаралась прикрыться радостным воспоминанием, но к ней сейчас лезли самые гадкие мысли, и она чувствовала, как сыплется ее оборона под мощным натиском окружающих. Ее силы таяли с каждой секундой.
Вот они, стоят, улыбаются, наслаждаясь своим превосходством и мощью, победно глядя на зверушку, с которой играет их друг. Как же она их всех ненавидела! До дрожи, до мурашек, до спазмов в животе. Она, беспомощная, бессильная не могла хоть как-то противостоять им. Юника чувствовала себя как муха, которую поймали дети и отрывают ей крылья и лапы, наблюдая за предсмертными трепыханиями, чтобы в конце концов раздавить.
Ее взгляд остекленел. Она смотрела куда-то вдаль, сквозь время и пространство.
Кроом, конечно, это мгновенно считал. Это поняли все. И тут Юника отчетливо почувствовала мощный удар. Нет, не просто энергетический пинок, как она много много раз осязала на себе еще несколько секунд назад, а именно удар: жестокий и решительный. И тут же отчаяние поглотило ее. Она слышала, как в ее мозг не прокралась, а вломилась эта скромная девушка. Она заставила девчонку в одно мгновение осознать всю никчемность ее собственной жизни. Она показала ей во всех красках то, о чем Юника и так догадывалась, но не могла принять: она — ничтожество, раб, дикарка, она никогда не будет им ровней, и Кроом рано или поздно это поймет. Ей нет места среди элиты!
«Посмотри на себя! — шептал ей голос Даары, — посмотри на меня и на себя. Ты — никто, ты урод, необразованная, гадкая отщепенка! Как ты посмела думать, что Кроому ты небезразлична? Если бы не твоя связь с Поводырями, он ни за что бы на тебя даже не взглянул. Лишь их сила заставляет его думать, что он тебя любит. Без своих покровителей ты — никто!» — и в тот же миг Юнике показали и горнолыжный спуск, где она среди детей неловко скатывается с маленькой горки, а Даара с Кроомом лихо летят по крутому склону, и теннисный корт, и танцпол, где эти двое были единым целым, а она — лишь тенью самой себя.
«Тебе нет места среди нас!»
От такой мощной волны Юнику сбило с ног, завертело и утопило. Она захлебнулась и перестала дышать. Едва придя в себя, она тут же захлебнулась следующей волной, а потом еще и еще. В глазах девчонки потемнело. Она потеряла ориентацию и в пространстве, и во времени. Лишь черные жгучие волны набегали на нее одна за одной, не давая даже шевельнуться.
— Тебе не нравится? — голос Кроома разорвал этот поток отчаяния.
— Нравится, конечно, мне здесь все нравится, честно! — чуть хриплым полушепотом ответила девушка, даже не осознавая, что она разговаривает с кем-то сейчас.
Юника в этот миг боролась с потоком, который лила на нее Даара.
«Должен быть способ, должен…» — лихорадочно искала девушка возможность остановить разошедшуюся не на шутку противницу.
«Нет смысла упорствовать и отрицать очевидное, — вдруг осознала Юника, — надо просто принять себя и смириться с тем, что она никогда не станет такой же как они. да это и не нужно! Это не значит, что она хуже или лучше, это значит, что она другая!»
Эта простая мысль взметнулась флагом в ее мозгу, и девушка сама бросилась вперед, в атаку на свою соперницу.
Юника пристально посмотрела Дааре в глаза, и в тот же миг волны негатива в голове девчонки стихли.
«Я знаю, что я — никто! Я — тень, я — раб и должна исполнять приказы! Такова моя судьба! Но ты не смеешь мне указывать, где мое место! Да, я другая, и никогда не стану такой как ты, но не потому, что не смогу, а потому, что мне это не нужно!
Ты хочешь ввергнуть меня в отчаяние?! в уныние?! Ха! Да что ты знаешь об унынии?! На! Смотри!» — Юника обратилась к Дааре и показала ей то место, где была трижды.
Юника буквально услышала треск блокировки сознания своей противницы и ворвалась в ее разум. Она заставила просмотреть Даару все, что пережила когда-то. Каждый миг и каждый вздох там, в нижнем мире.
Как ни старалась Даара избавиться от видения, но не могла. Ей стало плохо. Она тяжело задышала, затем начала подвывать, потом вдруг резко дернулась и издала то ли крик, то ли писк, и сжала голову руками.
— Да что не так-то?! — в этот момент громовым раскатом разорвал тишину голос Зроома.
Юника вынырнула из оцепенения и поняла, что времени-то прошло не больше пары секунд. А ей казалось, что целая вечность.
Там, позади всех, корчилась Даара, стараясь не подавать виду, но ей реально было плохо.
— Я считал ее самое заветное желание и вот, решил повеселить! — продолжил громыхать голос Мороза.