— Уходите. Поговорим по поводу этой твоей проблемы чуть позже, Вайторл. Временные дыры в изнанке — это не шутка. Поэтому мне для начала нужно здесь со всем разобраться.
Изнанка — место, изученное меньше остальных. По крайней мере, нынешними практиками и учёными.
Все другие пласты реальности можно представить слоями, расположенными друг под другом или рядом. Включая возможные параллельные реальности, уходящие вглубь, вниз либо в сторону.
Изнанка — нечто иное. Нечто вывернутое наоборот.
Нет, там не происходит всё иначе. Внутри события могут идти точно так же. Но само это пространство не находится ни в какой другой реальности.
Это отдельная собственная реальность. Как и время.
И именно поэтому шутки и с изнанкой, и со временем крайне плохи. Последствия «игр» с ними могут оказаться настолько ужасными, что само закрытие разрыва уже ничего не исправит.
Достаточно посмотреть на девушку в моих руках.
Я хотел вернуть маленькую дочь. А теперь держу взрослую, которая знает о нас гораздо больше, чем я имею право услышать.
Поговаривают, что Ничто тоже относится к изнанке. Один из её пластов. Но доказать это никто так и не смог.
А теперь выходит, что изнанкой владел Первый Император.
Он чудовище, не иначе.
И всё же я бы хотел встретиться с ним. Поговорить и многое обсудить. Понять, каким образом он смог подчинить то, о чём даже нынешние боги знают далеко не всё.
Но это тема для другого разговора.
— Вика, — тихо произнёс я, теперь поглаживая её по спине. — Я понимаю, что тебе сейчас непросто, но давай для начала покинем это место.
Дочь кивнула и медленно отстранилась.
Её руки всё ещё лежали на моих плечах. Взгляд внимательно проходил по лицу, задерживаясь на каждой черте. Она смотрит так, словно я могу исчезнуть. И словно пытается запомнить каждый миллиметр, каждый сантиметр моего лица.
Я заставил себя улыбнуться и положил ладонь ей на голову, мягко проведя по волосам.
— Всё хорошо. Я никуда не исчезну. Идём.
Вика снова кивнула. Только после этого начала подниматься, нехотя отпуская меня и всё же оставив одну руку в моей ладони.
Я встал следом.
Когда Вика обернулась и увидела Настю, её движение резко оборвалось. Во взгляде появилось волнение или даже скорее испуг.
Она замерла, несколько мгновений глядя на Анастасию, а затем быстро отвернулась. Я заметил, как напряглись её плечи и как пальцы сильнее сжали мою руку.
Настя тоже всё увидела.
На её лице проступило крайнее удивление, а начатое движение навстречу так и осталось незавершённым. Она опустила ладонь, теперь уже взволнованно рассматривая Вику.
— Идём, — коротко произнёс я. — Обсудим всё это снаружи.
Мы втроём направились к воронке разлома.
Вика держалась рядом, не отставая ни на шаг. Анастасия пошла с другой стороны, сохраняя небольшое расстояние и больше не пытаясь приблизиться к дочери.
Они почти одновременно шагнули в проход. Я же задержался, оглянувшись назад в темноту. Затем перевёл взгляд на место, где раньше раскрывался временной разлом.
Теперь там ничего нет. Ни трещин, ни белого света. Никакого видимого следа того, что только что произошло.