Город постепенно превращался в единую формацию уничтожения — технику, которую он также изобрёл лично, находясь в этом месте.
Сергей стоял с закрытыми глазами, удерживая тысячи элементов и подчиняя ими силу Древа.
Так продолжалось несколько минут. Затем он почувствовал рядом ещё один конструкт. Чужая печать собиралась совсем близко, скрытая за «шумом» его собственной системы. Сергей открыл глаза и оглянулся. Напротив стояла Эльса.
Белоснежный клинок направлен к земле, ноги расставлены в устойчивой стойке, а взгляд настолько серьёзен, что объяснений уже не требовалось. Весь её вид предупреждал: ещё один шаг — и она вступит в бой.
Чуть дальше Харан, Длоран, Саюя и Ларн расположились по четырём сторонам сложного знака. Между ними вращалась общая печать. Кларисса, Орда и Фартор удерживали внешний круг, отбивая тварей с неистовостью и не позволяя ни одной атаке нарушить ритуал.
Сергей сразу заметил жертвенные руны. Их невозможно спутать с чем-либо ещё.
Каждая линия уходила не к источнику энергии, а прямо к душе участника.
— Что вы делаете⁇! — резко спросил он.
Ларн попытался ответить, но сначала закашлялся. Кровь брызнула на руны, и те мгновенно втянули её, испаряя ещё до соприкосновения с травой.
Старик даже не посмотрел вниз.
— Братец Шель, мы не сможем отправиться с тобой в твой бой дальше. Однако девиз нашей группы всегда гласил: наши клинки рядом с нами, как и наши души. А значит, они должны оставаться и с тобой.
— Остановите формацию!
— Нет, — Ларн покачал головой. — Душу нельзя вырвать из мёртвого времени целиком. Последствия могут навредить твоей реальности. Но можно преобразовать то, что уже принадлежит только нам: волю, боевой путь и отпечаток клинка. Не нас самих. То, чем мы стали благодаря собственному выбору.
Сергей сделал шаг, и воля Эльсы ударила во все стороны.
Белый свет взорвался, заставляя его отступить на полшага. Земля под ногами девушки просела трещинами, волосы поднялись от давления, а клинок оказался направлен Сергею в грудь.
— Они умрут! — парень хотел уже разорвать свою формацию, но глаза Эльсы загорелись четырьмя разными цветами, один из которых был белым, запрещённым, показывая, что это самое последнее предупреждение.
— Уже мертвы. Не забывай. Ни шагу больше. Это наш выбор, и ты не имеешь права с ним спорить.
От плачущей девушки, сидевшей рядом на траве, не осталось ничего. Перед Сергеем стояла великая воительница, которая всегда сражалась рядом и чей потенциал был не ниже его.
Тем временем четырём участникам формации становилось всё хуже, пока сам Сергей не мог покинуть центр своей формации, потому что тогда пришлось бы всё начинать сначала. Парень мог лишь с ужасом наблюдать, как его друзья снова умирают, но теперь уже у него на глазах.
Кожа четверых бледнела. Под глазами проступали тёмные круги. Кровь текла из носа, ушей и уголков глаз, однако ни один не разорвал соединение.
Печать между ними усложнялась.
Плоские руны поднялись над землёй и начали вращаться вокруг всех осей. Один круг проходил сквозь другой, не соприкасаясь. Затем внутри появились четыре отдельных ядра, соединённые общей нитью. Пространство вокруг них дрожало.
Харан первым опустился на одно колено. Улыбка всё ещё оставалась на его лице.
— Шель… Братец… Выпей за меня… И… Встретимся в следующей жизни.
Длоран едва заметно повернул голову к Саюе.
— В следующей жизни я всё-таки скажу раньше.
— Надеюсь на это, — с тихой грустью ответила она.
Ларн продолжал удерживать центральную линию.
Его руки дрожали настолько сильно, что пальцы несколько раз срывались с рун, однако старик каждый раз возвращал их на место.
Последний круг замкнулся. Четыре ядра вспыхнули.