Он смотрел на нас, тяжело дыша, и не понимал, что происходит.
Орда оказалась рядом первой. Один точный удар оборвал вопрос, который так и не прозвучал.
На поляне снова стало тихо.
Только море тварей продолжало давить на щит. За прозрачной стеной двигались тысячи почерневших тел, а внутри, среди зелёной травы и серебряных корней, лежали те, кто ещё несколько мгновений назад оставался последними защитниками Древа.
Длоран вытер клинок о край чужого плаща и посмотрел на меня.
— Зачем мы это сделали? — хмуро спросил он.
— Они уже заражены, — ответил я, не отводя взгляда от Древа.
Кларисса присела возле ближайшего тела и приложила два пальца к шее Альва. Несколько мгновений она следила за движением энергии, затем резко убрала руку.
Под кожей, совсем глубоко, прошла едва заметная серая нить, я же продолжил:
— В прошлый раз, когда оказался здесь, мы вместе отражали атаки тварей. Долго. Я поверил, что внутренний круг не заражён.
Эльса остановилась слева.
— А потом?
— Потом чума проснулась сразу во всех. Они ударили мне в спину, пока снаружи рушился щит. Пришлось сражаться на несколько фронтов одновременно: с тварями, защитниками и… самим Древом, — я поднял взгляд на крону. — Что сейчас, что тогда я не имею права на проигрыш.
Ларн медленно пригладил усы и всё же усмехнулся.
— Вот теперь я узнаю тебя, братец Шель. Когда дело доходит до практичности, по крайней мере здесь, в наше время, ты всегда стоял на первом месте…
Кларисса тоже повернулась к Древу.
— Но что нам делать дальше?
Я не ответил, смотря вверх.
Листья, прежде сиявшие серебром и местами золотом, теперь покрывались тёмными прожилками. Они пульсировали в едином ритме, проходя от тонких ветвей к крупным.
Чума пожирает не только Альвов. Она пожирает само Древо.
Рыская взглядом, прищурившись, я искал чистый лист.
Один. Любой. Тот, который можно сорвать и вынести из мёртвого времени, не трогая последний лист на Ультиме.
В кроне не осталось ни одного…
Даже самые светлые листья несут внутри тонкую серую нить. Стоит вынести такой предмет в моё настоящее, и вместе с надеждой Альвов я принесу туда чуму.
— Что же вы хотели от меня…? — тихо пробормотал я, продолжая смотреть вверх.
Какой смысл скрывался во всём этом? Зачем Древо призвало меня сюда? Чтобы я ещё раз увидел гибель планеты? Чтобы попытался спасти тех, кого уже однажды потерял? Чтобы нашёл лекарство?
Я применил все печати, созданные за четыре столетия в Ничто. Тысячи схем. Разные принципы, источники, ограничения и способы отделения заразы от души. Ни одна не дала нужного результата. А времени на создание ещё одной тысячи печатей у меня нет.
Снаружи по прозрачной поверхности щита разошлись чёрные трещины.
Я быстро подошёл к Древу и приложил ладонь к серебристой коре.
Ствол отозвался сразу. Тепло ударило в руку, прошло по каналам и врезалось в сознание.