Я качаю головой, в животе нарастает паника.
— Она не сможет без меня целую ночь. Как она будет есть? Что, если она заплачет, а меня там не будет?
Как будто он ожидал именно такой реакции, он лишь улыбается шире.
— У нас полно твоего сцеженного молока в морозилке, и Блейк привыкла к бутылочке.
Я продолжаю качать головой, а он уверенно кивать.
— Да, Билли. Тебе нужно начать жить своей жизнью, и Эммет позаботится о том, чтобы ты благополучно добралась домой.
Когда мои глаза встречаются с глазами Эммета, он уже направляется к нам.
Внутри вспыхивает волнение, его присутствие ощущается всё сильнее с каждым шагом.
— Позвони мне сразу, как только она заплачет или просто хотя бы покажется, что я ей, возможно, понадоблюсь, — говорю я ему, всё ещё сомневаясь.
Папа уже отходит к Арчеру, показывая мне большой палец и уверенно улыбаясь.
А потом я оказываюсь лицом к лицу с Эмметом, и беспокойство закручивается внутри меня совсем по другой причине, когда я замечаю, как он на меня смотрит.
— У тебя есть минутка поговорить?
У меня пересыхает во рту, першит в горле.
— В чём дело?
Когда Арчер и папа выходят, Эммет указывает на случайную дверь в задней части.
— Там мы сможем поговорить наедине.
Поскольку все погружены в беседу, никто не замечает нас и не задает вопросов, когда мы подходим к двери и входим в затемненную комнату.
Эммет включает свет, оказывается, это ещё один бар, прежде чем закрыть за собой дверь.
Здесь кажется холодно, или, может быть, это чувство страха, когда Эммет подходит и встает передо мной. Может, я и молода, но я знаю, как выглядят люди, когда они собираются сказать тебе что-то, чего ты, скорее всего, не хочешь знать. У Такера было такое же выражение лица, когда он сказал мне, что отказывается от арендуемой недвижимости, в которую мы должны были переехать.
— Тебе не нужно ничего говорить, — опережаю я его, не желая слышать, что он собирается сказать.
Он переплетает свои пальцы с моими, и я отворачиваюсь, слепо уставившись на пустые высокие стулья, расставленные вокруг закрытого бара.
— Посмотри на меня, Билли, — в его голосе слышится напряжение, отражающее мои собственные чувства.
— Я не готова смотреть на тебя, — выпаливаю я в ответ, сглатывая. — И я не хочу слышать то, что ты собираешься мне сказать.
— Билли.
— Нет, — упрямо отвечаю я.
Эммет берет меня за другую руку, нежно сжимая мои пальцы в своих.
— Я могу стоять здесь всю ночь, если это потребуется.
Я резко втягиваю воздух, всё ещё избегая его взгляда.
— Хорошо.
Он отпускает одну из моих рук, и его тёплая, немного шершавая ладонь ложится на мою щёку, поворачивая моё лицо к нему.