Хранитель: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Им всё равно, — говорит женщина подо мной. Она толстая и крепкая, и я подозреваю, что она ещё и высокая. Это одна из причин, по которой я не решалась пить слишком много воды. Когда мы выберемся отсюда, ей никто не помешает затоптать в землю маленькую женщину, которая случайно помочилась на неё, или того хуже. — Они просто следуют правилам. А теперь заткнись.

Они нас будут кормить и в Родоне. По крайней мере, так мне сказали, когда меня приговорили. Но я понятия не имею, в какой форме будет доставляться еда и как часто она будет прибывать, поэтому на данный момент я благодарна за предсказуемое, хотя и ужасное, качество и количество еды в тюремном корабле.

В камере справа от меня миниатюрная брюнетка, словно мышка, грызёт свой протеиновый пирог. Её длинные спутанные волосы частично скрывают её наготу, и я этому немного завидую. Но, похоже, на ней больше ничего нет, так что, думаю, это справедливо.

Если предположить, что наша еда приходит два раза в день — хотя слово «день» мало что значит в глубоком космосе…

Если предположить, что наша еда приходит один раз за смену охранника, и если предположить, что две смены за стандартный космический «день» — исходя из продолжительности дня на Земле, родном мире человечества, — мы находимся в транспорте уже неделю, но девочка справа ещё не сказала ни слова. А девочка — это всё, что можно о ней сказать, на самом деле. Если она и нарушила закон, то едва ли, и я удивлюсь, если услышу, что кто-то ошибся в её возрасте.

Она ростом с мою младшую сестру, которая ещё даже школу не закончила.

— Как думаете, как там на планете, Око дьявола? — Леда облизывает крошки из пальцев и поджимает колени к груди в углу камеры. — Я надеюсь, что там будет много деревьев. На моей планете их не так много, потому что терраформирование пошло не так, как предполагалось.

— Это тебе не е*учий отпуск! — рявкает кто-то снизу и слева от меня.

— Вы обе, заткнитесь, — кричит другой голос, и внезапно все начали кричать. Все, кроме меня и крошечной брюнетки, которая запихивает в рот остатки белкового пирога и закрывает уши обеими руками. Она зажмуривает глаза и отбегает в дальнюю часть камеры, как будто может так заблокироваться от нас всех, но не перестаёт жевать.

Она может и хрупкая, но она хочет жить.

Я заканчиваю есть, пока какофония утихает, а затем пытаюсь уснуть. Но здесь слишком жарко, и моя потная кожа прилипает к металлу подо мной. Затем, когда я собираюсь задремать, брюнетка начинает скулить.

Я смотрю направо, когда она поворачивается на своей костлявой заднице лицом к задней части камеры, закрывая лицо руками.

Чёрт. Вчера было также. Как раз перед тем, как…

С потолка спускается ряд металлических цилиндров. Капля влаги прилипла к ближайшему ко мне соплу. Сердце быстро заколотилось, я разворачиваюсь, когда начинает бить струя.

Ледяная, прямая струя воды ударяет мне в спину, как тысяча иголок, и ощущение настолько острое, что поначалу я даже не чувствую себя мокрой, а изнасилованной. Напор воды медленно скользит по моей спине, шее и голове. Вода сбивает мои волосы с лица. Я делаю быстрый вдох, но получаю столько же воды, сколько воздуха.

Затем струя снова начинает опускаться вниз, не столько обливая меня, сколько смывая под давлением каждую частичку грязи с каждого дюйма кожи, к которой она прикасается. И из моей камеры тоже.

Когда я была полностью мокрая, и задыхающаяся, пока пыталась вдохнуть воздуха, и вся покрыта синяками от давления воды, цилиндры опускаются ещё ниже и смывают два ряда клеток под моими ногами, пока грязь не проходит по самым нижним рядам и не стекает в канализацию. В полу.

Вот почему нам не дают одежду. Или туалеты. Им дешевле и проще раз в день обливать нас из шланга и давать нам высохнуть. Для женщин в нижнем ряду это занимает больше времени, поскольку на них стекает вода с двух верхних рядов.

Наконец распылители уходят в потолок, и я снова поворачиваюсь к брюнетке справа от меня. Она позволяет своим мокрым волосам свеситься ей на лицо. Они ещё запутаннее, чем раньше, но ненамного чище, потому что они ещё не придумали, как заставить нас встать лицом к распылителям.

— Эй, — шепчу я, приближаясь к стене балок, которые делят наши камеры. — Ты знала, что они начнут мыть нас, да?

Она даже не подняла голову.

— Как ты узнала?

Брюнетка отползает от меня, сгорбившись так, что я вижу только бледный изгиб её костлявого позвоночника и спутанные волосы. Справедливо. Она, наверное, в ужасе. Поэтому я сворачиваюсь на боку и снова пытаюсь уснуть. К тому времени, когда мне наконец удалось это сделать, мои волосы почти высохли.

***

— Наверное, нам стоит заключить какой-то союз, вы так не думаете? — говорит Леда. — Я имею в виду, единственное, что мы знаем наверняка, это то, что мы — новенькие. Я знаю, что среди населения Ока дьявола нет убийц, но наверняка есть…

— Среди тех лиц нет никого, осуждённого за убийство, — говорит женщина подо мной. — Это не значит, что ты не столкнешься с убийцами на Родоне. Или на этом транспорте.

— Верно. — Хотя Леда, кажется, уже не так хочет заводить друзей, она сглатывает и продолжает. — Но это ещё одна причина, по которой нам следует заключить союз, прежде чем приземлиться. Если каждая женщина будет одна против всех, мы получим… Что ж, будет намного безопаснее, если мы будем держаться вместе.

— Заткнись, или я убью тебя сама! — рявкает кто-то слева от меня.

В целом я поддерживаю её мнение. Но Леда права. Я понятия не имею, что такое Родон. Будем ли мы жить в зданиях или строить укрытие из ветвей деревьев и местной флоры. Всё, что я знаю, это то, что это тюрьма открытого мира — без камер и охраны на земле — и что, судя по номеру заключённого, вытатуированному у запястья на моей правой ладони, с тех пор в Око дьявола было отправлено не менее четырёх миллионов заключённых. С тех пор, как она была объявлена планетой-тюрьмой несколько десятилетий назад.

Хотя кто знает, сколько из них осталось в живых?