Нос женщины хрустит, кровь хлещет повсюду. Она кричит, и Венди бьёт её ногой в грудь. Когда она падает на землю, несколько женщин Венди набрасываются на неё, пинают и бьют руками, пока она не застывает неподвижно на земле, хрипя кровавыми пузырями при каждом вдохе, её глаза уже опухли и закрылись.
Венди спокойно становится на колени, чтобы взять рюкзак с припасами раненой женщины, затем бросает свой старый рюкзак в грязь возле головы избитой женщины.
Все женщины, которые молча держались, снимают свои рюкзаки и обменивают их на предложенные им более старые и, несомненно, облегчённые версии.
— Хорошо, — говорит Венди, когда запасы перешли к другим владельцам, и я убедилась, что мой новый рюкзак значительно легче того, который я только что передала. Она указывает на небольшую группу зданий вокруг нас.
— В четвертой зоне есть два поселения, оба оставленные нам колонистами, покинувшими Родон несколько десятилетий назад. Это поселение Б. У кого-нибудь здесь есть какие-нибудь особые навыки? Есть какие-нибудь полезные знания, которые могли бы принести пользу поселению Б?
Некоторые из нас смотрят на землю. Некоторые из нас бросают друг на друга вопросительные взгляды, пытаясь понять, чего она хочет.
— Кто-нибудь умеет готовить? Шить? Ловить рыбу? Есть ли в толпе врачи или медсёстры? Есть кто-нибудь, кто разбирается в строительстве или ремонте машин?
Никто не говорит.
Венди хмурится.
— Серьёзно? Никто не готовит?
— Я умею готовить, — наконец говорит одна женщина, стоящая почти в конце нашей очереди. — Я не шеф-повар или что-то в этом роде, но я умею нарезать, жарить или тушить. Если у вас есть плита и сковорода.
Я тоже смогла бы, конечно. Большинство из нас, вероятно, смогли бы. Но я не собиралась привлекать к себе внимание, пока не поняла все свои возможности в этой новой социальной иерархии.
— Отлично. — Венди кивает женщине и указывает на ближайшее здание. — Добро пожаловать в поселение Б. Иди внутрь для выполнения задания.
Женщина неуверенно смотрит на нас. Затем она медленно идёт в здание.
— Кто-нибудь из вас любит женщин? — спрашивает Венди. — Вместо мужчин, — добавляет она, не получая ответа. — Или в дополнение к мужчинам.
Наконец три женщины поднимают руки.
— Добро пожаловать в поселение Б. Пошли. — Венди снова указывает на здание, и эти три женщины двигаются быстрее, чем повар, вероятно, потому, что они думают, что двигаться группой безопаснее.
У меня были сомнения по этому поводу.
— Хорошо. — Венди поворачивается к женщине справа и жестом указывает на тех из нас, кто ещё стоит в ряду. — Выбери шестерых. Выбирай с умом.
Пульс свистит в ушах, но я знаю, что лучше не спрашивать, для чего нас выбирают.
Женщина справа от Венди молча смотрит на нас. Она не представляется, поэтому я в частном порядке начинаю называть её шлемоголовая. Потому что её короткие, вспотевшие волосы, кажется, принимали форму шлема.
— Ты. — Голова в шлеме указывает на третью женщину в очереди, изящную женщину на пару лет старше меня, с длинными тёмными волосами. — Как тебя зовут?
— Лорен. — Её голос слишком тихий, чтобы его можно было услышать.
— Вперёд, Лорен. — Шлемоголовая указывает на трёх женщин, которым не удалось обменять использованные рюкзаки на новые.
— Зачем? — спрашивает Лорен.
Шлемоголовая рычит, затем вытаскивает её из строя за руку. Лорен неохотно следует приказу, и её взгляд останавливается на бессознательной женщине, всё ещё истекающей кровью в грязи.
— Ты. И ты. — Шлемоголовая выбирает ещё двух женщин, продвигаясь по шеренге. Затем её взгляд падает на меня. Она рассматривает моё лицо, затем изучает тело, которое может немного рассмотреть под громоздкой тюремной униформой. — И ты. — Она вытаскивает меня из строя и подталкивает к остальным.
Блин.
Я медленно иду к своей новой группе, и у меня сводит живот, когда шлемоголовая проходит мимо Мейси. Она сутулится, и её волосы упали ей на лицо. Она отлично сливается с землёй.
Возможно, мне стоит просто оставить её в покое.