— Ты тоже, — прошептала я.
— Похоже на то.
— Смерть?
— Ушла. — Он сжал мои пальцы. — Не смогла выбрать. Мы оказались одинаковыми.
— Дураками?
— Любящими, моя дорогая. Любящими.
Я попыталась сесть. Получилось не сразу — тело слушалось плохо, будто заново училось жить. Аракалл тоже приподнялся, опираясь на локоть.
Мы сидели на холодной земле, посреди потухших свечей, и смотрели друг на друга.
— Живы, — сказала я.
— Живы, — подтвердил он.
— И ты мой.
— И ты моя.
— И никто не умрёт.
— Никто.
Я рассмеялась. Истерично, громко, счастливо. Аракалл подтянул меня к себе, и мы рухнули обратно на землю, обнявшись.
Свечи догорели. Луна светила. Мы были живы.
— Аракалл, — прошептала я ему в грудь.
— М?
— Я люблю тебя.
— Знаю, моя дорогая. Я тоже.
И больше ничего не нужно было говорить.
Глава 21. Моя дорогая и замкнутый круг (Аракалл)
Прокуренный подвальный бар «Хромой бес» встречал нас привычным полумраком, запахом виски и старого дерева и ленивым взглядом бармена-зомби, который даже не удивился нашему появлению. Для него неделя — что миг.
Мы сидели за той же стойкой, где всё началось. Я — с виски, Карамэ — с каким-то ядовито-розовым коктейлем, который она зачем-то заказала "для разнообразия".
На заднем плане играла музыка. Какая-то старая пластинка, где скрипка и фортепиано вели бесконечный танец.
— Потанцуем? — предложил я, кивая в сторону свободного пятачка у стены.
— Аракалл, я танцевать не умею, — фыркнула она.
— Я тоже. Но разве это останавливало нас хоть когда-нибудь?
Она усмехнулась, допила свой розовый ужас и подала мне руку.
Мы танцевали. Плохо, неуклюже, наступая друг другу на ноги, но оба улыбались как идиоты. Потому что могли. Потому что были живы. Потому что вместе.