Рысюхин, графом быть - не в 21 играть: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Между иглами прошли по оставшейся вчера верёвке, и то пару раз чуть было не заблудились в пространственном лабиринте, пытаясь поднырнуть не под ту иглу или обойти препятствие по более удобному пути, который тут же резко уводил куда-то в сторону. Да, для туристов тут придётся полы настилать, чтобы не блудили.

«А ещё подсветку сделать. Цветную. И красиво, и польза, в том числе — для безопасности».

«Это как же?»

«Да очень просто: если ты в не освещённой части, значит — сбился с пути. А хочешь выйти — иди на ближайший цветной фонарь. Можно даже привязать отдельные цвета к определённым частям пещеры».

«А вот это не надо! А то найдутся желающие найти „короткую дорогу“, которых в итоге придётся искать и спасать».

«Дурак всегда найдёт способ убиться».

«Не спорю. Но зачем же ему помогать в поисках?»

Из Столбового зала (надо в конце концов придумать ему какое-то определённое и окончательное название!) вело три выхода, не считая провала. Из левой части уходил узкий лаз сечением где-то два метра на полметра, причём продольная ось этого сечения располагалась под углом градусов шестьдесят от вертикали. И уходил косой коридор довольно резко вниз, так что его оставили «на потом». Из правой части зала тоже узкий лаз, нора диаметром примерно полтора метра, уходила обратно в ту сторону, откуда мы пришли, её тоже отложили на вторую очередь. Ну, и главный ход на противоположной от входа стене со смещением метров на десять вправо. Хороший, широкий коридор два на три метра — вот по нему и пошли.

Ход спускался вниз под углом восемь градусов, как уверяли приборы Сергея Сергеевича. Сделав несколько поворотов, пещера вывела в очередной зал, глядя на потолок которого я сильно удивился. Даже проверил, что температура воздуха остаётся положительной, пусть и довольно прохладной, градусов шестнадцать. Ну, а как было не проверить, если весь потолок, весь свод оказался покрыт толстой шубой инея⁈ Разве что иней на поверку состоял всё из того же гипса — но на вид неотличимо от льда!

— Красота какая!

— Прямо тёплый лёд какой-то!

— Значит, на карте так и подпишем — Ледяной зал. Возражений нет?

В этом зале мы, как выражается дед, «зависли» на добрый час, разглядывая окружающие красоты, пока Куропатин не спохватился:

— Так, господа! Красота, конечно, удивительная, но уже скоро полдень, а у нас почти ничего не сделано! Будет ещё время прийти и полюбоваться, сейчас надо работать!

Не сразу, но наваждение сбросили. Разве что задержались ещё на четверть часа для перекуса.

Из Ледяного зала вело два выхода, налево и направо. Я обратился к своей памяти и чувству стихии, после чего решил уточнить у нашего начальника экспедиции:

— Я не ошибаюсь, правый коридор ведёт в сторону обрыва?

— Да, почти параллельно входу. Но с учётом всех уклонов — мы сейчас где-то на пять метров ниже, чем поверхность грунта внизу, на нижнем плато.

— Это на том, которое заболочено[4]? Не окажется ли ход затоплен?

— Ну, болота начинаются несколькими километрами дальше… Но, да, такое возможно, вода неплохо просачивается через известняк. По дороге медленно разрушая его. Так что конфигурация «вода сверху и снизу, известняк посередине» распространена и на Лице, и на Изнанке мира. И это действенный рецепт для того, что именуется «карстовый провал». Так что там, справа, возможно всё, от подземных рек и озёр до выходящих на поверхность колодцев, как прямых, так и в форме воронок. Ну, и сифоны возможны. Сифон — это водяная пробка в коридоре, когда потолок опускается до уровня воды. Через них с известным риском можно проплыть, поднырнуть, и дальше найти ещё один пещерный комплекс, но мы сейчас таким не будем заниматься, если дойдём до затопленного коридора — идём обратно. У нас нет ни водолазного оборудования, ни специалистов по таким работам, а пытаться проплыть на задержке дыхания — это очень глупый способ убить себя.

Шли мы вправо полтора часа, и чем дальше, тем становилось мокрее. Где-то через час нашли овальный зал размерами где-то двести на сто пятьдесят метров с озером площадью сто на сто двадцать метров. Один длинный край озера почти вплотную прижимался к левому краю зала, или не почти, не удалось рассмотреть в темноте, есть там проход шириной хотя бы метр или нет. Прежде чем входить в зал господин Куропатин с сомненеим осмотрел потолок, бросил какие-то диагностические чары и наконец решил:

— Лет десять ещё точно продержится, а там видно будет.

В озере и по берегам даже какая-то живность обитала! И не то растения, не то плесень. Причём растительность имела порой довольно причудливые цвета, от лимонно-жёлтого до лазурного, а вот животный мир себя раскрашиванием не утруждал — зачем, в темноте-то? Всё, что могло перемещаться оказалось или белёсым, или полупрозрачным.

«Биологов сюда запустить — счастливы будут. Полностью замкнутый биоценоз!»

«Таких биоценозов по изнанкам столько, что на каждого биолога по два придётся».

«Ага, то-то в Университете так возбудились, когда ты их в экспедицию за жабюками пригласил!»

«Биоценозов много. Денег на их изучение мало».

«О том я и говорю. Ты же если пригласишь, то с полным пансионом?»

«Если с Василисой — то, разумеется, да. А иначе — зачем оно мне?»

«Репутация в научных кругах, нет?»

[4] В Карелии много болот на скальном основании. Так что и поверх известняка могут быть, с нюансами.