– Правда? А почему тогда ты такой нервный?
Он выпрямляется во весь рост, возвышаясь надо мной на целую голову, а затем подается вперед, словно колосс, грозящий обрушиться на меня. Его взгляд темнеет.
– Следи за словами. Поверь, лучше не играть со мной.
У меня вырвался саркастический смешок – Вестон скрипит зубами. Так значит, он из тех парней, что любят поиграть мускулами? Типа брутальный? Что ж, честно сказать, я разочарована…
– Как скажешь, мистер Дерьмовое Настроение. Ты очень суровый и вовсе не белый и пушистый. А теперь, если тебе нужна помощь, поменьше пафоса и побольше вежливости.
– Знаешь что? Сам справлюсь.
– Да на здоровье. И вообще, побили и побили. В этом нет ничего постыдного.
– Меня. Никто. Не бил, – рычит он, ударяя кулаком по дверному косяку.
– Вот и хорошо.
– Хорошо, вот именно. Так поможешь или нет?
– Пожалуйста?
– Пожалуйста, – произносит он, вздыхая.
С довольной улыбкой я вхожу в комнату, но вдруг замираю в нерешительности.
– А… ты тут один?
– Не, там еще семь гномов – в картишки играем.
– Очень смешно.
– Боишься остаться со мной наедине?
– Н-нет, просто… Здесь же вечеринка. Все в компаниях, веселятся…
– Я похож на того, кто любит веселиться?
Качаю головой. Кажется, он не настроен шутить.
– Я тут живу.
Я осторожно ступаю вперед, привыкая к полумраку. Справа находится круглый стол с двумя стульями. На нем лежит потрепанная пачка сигарет и куча бумаг. Слева – большая кровать, а рядом распахнутый чемодан. Вечеринкой здесь и не пахнет.
Я оборачиваюсь: Вест тянется к замку на двери, а затем раздается тихий щелчок. Птичка в клетке…
В моей голове начинается счет.
Один. Два. Три. Четыре. Пять. Шесть…
Сердце бьется все быстрее. Так, Чарли, бояться нечего – он вовсе не маньяк, просто не любит, когда к нему вламываются без стука. Да ведь полный дом пьяных гуляк! Нет-нет да и дернет кто-нибудь за ручку…
Изобразив на лице улыбку, пытаюсь уговорить свои легкие сделать хотя бы один вдох. Стараясь отвлечься от тревоги, расползающейся по венам, представляю, как воздух проходит через бронхи. Нет, я не параноик, но оказаться запертой в комнате с незнакомцем – это жутко. Нервно прикусываю щеку. Возможно, это было не самое лучшее решение. И никто не услышит мои крики о помощи – дом ходуном ходит…
Семь. Восемь…
Вест делает шаг ко мне, осторожно, словно заметив мое смятение. Угрюмый, он медленно кладет на круглый столик то, что все это время прятал за спиной. Раздается металлический лязг, и затем я вижу…
Твою мать.