Я бы, конечно, мог объяснить ему, как такое получается, но, вероятно, он просто не понял бы. Однако это было не главное. Главное, что возникшая ссора на руку нам с Меоли не играла. К большому сожалению. А вот как успокоить бушующего Эрегихона, я не знал. Вернее, знал… Однако после этого вряд ли мы сможем нормально поговорить.
— А вот уродилось. И теперь хочет, чтобы ему не ставили палки в колёса! — отрезала Меоли.
— А я не хочу, чтобы у тебя было что-то общее с этим наёмником… Тебе ясно⁈ — вновь заревел, как боевая труба, Эрегихон.
Ещё несколько мгновений он и племянница играли в гляделки. Между ними разве что воздух не полыхал разрядами молний. Хорошо, что оба не шептуны… А затем Эрегихон перевёл грозный взгляд на меня… И, наконец, нашёл выход из созданного им же тупика.
— Убирайся, наёмник! Чтобы ноги твоей не было в этом поместье! — зашипел он, щуря глаза, как пустынный змей.
— Дядя, не смей… Я его пригласила… — уставившись на дядю с тем же выражением лица, Меоли даже побледнела.
Видимо, от сдерживаемой ярости. Всё-таки они были похожи, очень похожи.
— А я его прогоняю! — рявкнул Эрегихон, обернувшись ко мне. — Вон!
— Дядя…
— Я! Сказал! Вон! — заревел регой, как раненый зверь.
— Я пришёл сюда поговорить, — спокойно произнёс я в ответ, и не пытаясь оторвать седалище от стула. — С тобой. И уйду, когда поговорю с тобой.
— Я не собираюсь тратить на тебя время! — отрезал Эрегихон, но резко успокоился.
И даже посмотрел как-то по-другому. Будто прямо сейчас производил мою переоценку.
— А я не собираюсь уходить без разговора, — пожал я плечами. — Тупиковая ситуация, видишь…
— Хм… А если я вызову дружинников и охрану поместья? — предположил регой, растянув на губах подчёркнуто властную улыбку.
Мол, смотри: я хозяин положения, а ты здесь — никто, блоха под пальцем. И снова посмотрел на меня с исследовательским интересом: дескать, и как ты отреагируешь?
Да никак… Если он думал меня впечатлить или разозлить, это зря.
— Вызывай. А я вызову песчаных воинов, — спокойно ответил я.
И тоже улыбнулся. Во все зубы, залеченные до начала войны и ещё не стёртые под корень. Хотя, конечно, со вторым в последние два года сложно было, да…
— Что за чушь… — нахмурился Эрегихон, как будто не веря мне.
Нет, верил, конечно. Потому как наверняка уже давно навёл справки. Да и отчёты, думаю, получал от Чёрного Братства. Во всяком случае, о ходе выполнения своих двух заказов.
Однако я не стал отказывать в удовольствии. Ни себе, ни ему. Демонстрация силы в ответ на угрозы? Ну а почему бы и нет?
В просторном кабинете уже крутился вихрь. Он тянулся из окна, втягивая внутрь садовую землю и песок. И через несколько мгновений рядом с аристократами сформировалась фигура воина с топором.
— И что это? — спросил регой, даже пальцем потыкав в замершего «нашёптыша». — Что за статуя?
Я хмыкнул. Фигура, взмахнув топором, вонзила лезвие в столешницу. Только щепки полетели.
Дорогие щепки, между прочим. Потому что стол был из дорогой древесины. Тут, в кабинете регоя семьи Аравантис, «надежды человечества», всё было дорогим и ценным. Стулья, обитые мягкой тканью. Ковёр, устилавший пол вплоть до самых уголков. Полки вдоль стен и, тем более, их содержимое. Так что я выбрал меньшее из зол. Повредить стол.
— Этих воинов я могу призвать много, — пояснил я. — Могу сражаться и одновременно призывать.
— И к чему ты ведёшь? — с лёгким, но не более того, интересом уточнил Эрегихон.
— Мы можем с тобой поговорить, — объяснил я. — Спокойно и без криков. Или ты можешь вызвать дружинников и охрану, завяжется бой… Чем больше погибнет твоих людей, тем больше я буду призывать песчаных воинов. А они, не видя разницы между дружинниками, охраной и членами семьи, будут в бою убивать всех… Всё, чем могу утешить, что песчаных воинов не поместится в кабинете много.
— Тебя потом казнят! — с улыбкой сообщил Эрегихон.