А теперь я собирался ввязаться неизвестно во что. Ещё и собирался подписать на это весь отряд.
Однако у меня было право принимать такие решения. А у моих людей было право, выслушав подробности, отказаться и спокойно уйти. В том же, что касается Меоли… Неизвестно, зачем она хотела, чтобы я переговорил ещё и с её отцом. Однако, по всей видимости, причины были веские. И уж если я собрался идти на риск, то стоило пообщаться со всеми участниками этой истории. Здесь и сразу. А потом не попадаться лишний раз на глаза.
И да, новость о том, что мы едем в столичное поместье Аравантис, никому из моих спутников не понравилась. Ситранис не хотел там появляться, потому что, получится, проигнорировал свою семью, а в гости пошёл. Гвел не хотел, чтобы я ехал без охраны. Но в общем и целом, пока они налегали на еду, мне удалось убедить их, что надо поступить именно так.
Ришис смотрел очень недовольно, однако в разговор не встревал. Ему явно не нравилось, что мне удалось переговорить с Меоли с глазу на глаз. А ещё больше не нравилось, что Меоли после разговора сияет, как золотая монета, только что из плавильни. Кроме того, ему очень не нравилось, что я и Ситранис собираемся ехать в поместье семьи Аравантис. Судя по взглядам, которые Ришас кидал в мою, да и моего друга, сторону, сам бы он таких проходимцев даже к воротам не пустил.
Ехать нам предстояло в самое сердце древнего города. В ту его часть, где обычным смертным бывать обычно не приходилось. Меоли с Ришисом отправились в отдельном возке. Мы с Ситранисом следом ехали вдвоём. А свой возок отдали Гвелу, чтобы добрался до гостевого дома.
— Что она предложила? — спросил Ситранис, едва мы тронулись.
— Пока толком ничего, — ответил я. — Просила о помощи и грозилась осыпать золотом. Однако я в последнее не слишком верю.
— Женщины в старших семьях деньгами не распоряжаются! Во всяком случае, до вдовства! — сделал скептическое лицо Ситранис. — Разве что наследными долями… Но только среди ближайших родственников.
— Она проходит аристократическое отделение, — пояснил я.
— Надо же, внезапно… Но, как я понял, пока ещё не прошла! — не убавил скепсиса регой.
— В любом случае, у неё есть задача от семьи. В процессе выполнения этой задачи и возникла возможность получить много денег, — пояснил я.
И коротко поведал, как девушка успела скупить олово и медь, когда они ещё стоили дешевле, чем сегодня.
— … В общем, какие-то деньги у неё, вероятно, есть, — закончил я и выразительно глянул на Ситраниса, намекая, что дальше этот разговор пока идти не должен. — Однако я не уверен, что она сможет много вытащить. Да и не на это она рассчитывает. Есть какая-то история с добычей меди и олова из новых месторождений, которые располагаются друг рядом с другом.
— То есть она предлагает уйти из Междуречья? — догадался Ситранис.
— Именно… И насчёт орды можешь не волноваться. Если всё сделать правильно, за нами демоны не увяжутся, — пояснил я. — Не сразу, во всяком случае…
Проблема демонов, к сожалению, никуда не делась. Орда могла, конечно, пройти мимо какого-то скопления людей, если впереди маячило другое скопление, побольше. Тут всё просто: если уж демоны на тебя наткнулись, то обязательно постараются убить. А вот если ещё не наткнулись, только чуют где-то там твою жизненную силу, тогда выбор идёт в сторону большего скопления.
Однако, оказавшись на голодной пайке, орда могла засылать отряды гухулов на небольшие скопления жизненной силы. И если бы Меоли предложила свой план мне двухлетней давности, я бы в жизни не согласился, зная, что не смогу отбиться от нескольких тысяч гухулов, даже со всем своим отрядом. Либо сумею отбиться, но потери будут такие, что я сильно пожалею.
А теперь у меня была возможность поднять купол из чёрного песка. К тому же, я мог создавать песчаных воинов. И этих двух пунктов хватит, чтобы справиться с любым количеством гухулов и низших демонов. Да и с парой сильных высших получится разобраться.
— А она, случаем, не знает, кто на тебя Чёрное Братство навёл? — спросил Ситранис, кивнув на едущую впереди повозку.
— Подозревает, что два из пяти заказов её родной дядя разместил, — усмехнулся я.
— Грязный иух, чтоб его!.. — выругался Ситранис, чуть не пробив кулаком сиденье рядом с собой. — Одной рукой эта семейка даёт земли и организует торги! А другой бессовестно засылает наёмных убийц!..
— Ну, как я понял, меня много кто убить собирается, — я пожал плечами. — Так что, по большому счёту, предложение Меоли мне понравилось. Останемся в Междуречье, и на меня так и будут охотиться. Не одни, так другие, которым я как рыбья кость между зубов. А если уйдём, Братству за реки ходу нет. Сложно им там, в диких условиях, работать.
— Всё равно дерьмо! — свирепо вращая глазами, заметил Ситранис.
— Думаю, если пообщаться с дядей Меоли, может, и выйдет решить разногласия, — снова пожал я плечами.
— В самое дерьмо мы сунулись с тобой, брат… В самое дерьмо… — всё с тем же свирепым лицом констатировал Ситранис.
И тут с ним сложно было поспорить. Я только кивнул и отвернулся к окну, с интересом поглядывая на улицу.
Чем ближе мы были к центру Ас-Арахаманы, тем радикальнее менялась архитектура. Исчезли многоэтажные дома, битком набитые людьми с подвалов и до самых крыш. Испарились мастерские и крохотные магазинчики при них. Более того, исчезли малейшие следы грязи с улиц.
Вокруг царило процветание. Витые ограды, черепичные крыши, аккуратные козырьки, нарядные колонны. И стражники в начищенных до блеска бронзовых нагрудниках.
Я смотрел на это и думал, что человеческое общество не меняется. И в той жизни, и в этой, стоит только появиться возможности, мы стремимся выделиться, показать свою инаковость. А ведь человеку нужно-то не так уж много, если вдуматься. Даже мои покои в гостевом доме «Венценосный» была чрезмерно большими.
Нет, я не отказывался, но… Для жизни мне вполне хватило бы спальни и маленькой купаленки. А тут вокруг огромные дома, целые хозяйства с прислугой… Зачем столько? Куда столько? Это ведь не для жизни, а для того, чтобы выделиться. Показать всем вокруг, что владелец — не голодранец какой-нибудь и не обычный смертный.