— А как же ты и Амма?
— Предоставь это мне. Будь в безопасности, Лале. Иди, пожалуйста!
Глаза щиплет, я подталкиваю ее и двигаюсь к ванне. Я делаю вид, что раздеваюсь, и сосредотачиваю энергию на кровати посередине смежной комнаты, где представляю искру и концентрируюсь на ней. Моя магия чувствуется полной и податливой. Я рисую руну огня мысленным взором, пока пламя не вспыхивает к жизни. Аран бы так гордился.
Глаза Лале замечают тонкий столбик серого дыма, затем встречаются с моими через дверной проем, расширяясь от шока, который затвердевает в решимость, когда огонь разгорается, пожирая ткань и балдахин.
Начинается хаос, служанки с криками выбегают из горящего помещения, врывается моя стража. Я ищу Лале, но не вижу ее. С удачей, она сбежит из этого ада. Спокойно раздеваясь, я отпускаю завязку, удерживающую занавес между комнатами, и скольжу в ароматную воду. Огонь не может причинить мне вреда, не тогда, когда внутри я горю намного жарче любого скудного земного пламени.
Среди этого переполоха я заканчиваю мыться, втирая розовые масла в кожу и вытираясь теплыми полотенцами. Я сижу за зеркальным туалетным столиком, расчесывая волосы, когда сам король врывается внутрь.
— Что ты сделала? — говорит он, хватая меня за плечо.
— Я приняла ванну, как было велено.
— А пожар в твоей комнате?
— Был пожар? — спрашиваю я, глаза широко раскрыты от притворной невинности.
— Ты не слышала крики?
Я сохраняю лицо бесстрастным, а тон мягким.
— Твоя мать была здесь ранее. У нее есть склонность вызывать такую реакцию. Почему бы тебе не спросить ее? — Я улыбаюсь ему в зеркале. — Ты же знаешь, что прорицатели говорят, что увидеть невесту до свадьбы — к несчастью, верно? — Я выразительно смотрю на его пальцы, впивающиеся в мою плоть достаточно сильно, чтобы оставить синяки. — В любом случае, я уверена, твой подобострастный двор не одобрит таких отметин на коже твоей невесты.
Он отпускает мою руку и, скрежеща зубами, поворачивается на каблуках.
— Ты сделала это.
— Из ванны?
— Твоя магия, — шипит он.
— Ты предполагаешь, что я могу зажигать огни силой мысли? — сладко спрашиваю я. — Ну же, Ваше Величество. Это интересная мысль, но я уверена, ты согласишься, что опрокинутая кем-то из слуг лампа — гораздо лучшее объяснение. — Я с насмешкой оглядываю его полуодетый вид. — Ты хорошо выглядишь.
— Ты думаешь шутить?
— Я никогда не шучу об одежде, — заявляю я с ужасом в широко раскрытых глазах.
Его глаза сужаются, словно он не может решить, дразню я его или намеренно так тупа. Я подавляю зуд испепелить его так же легко, как постельное белье, и продолжаю расчесывать волосы. Одна из служанок бросается помогать, и вскоре за ней следуют другая и еще одна. Его глаза скользят по ним.
— Где та, другая?
— Какая другая?
— Ты прекрасно знаешь, какая. Твоя подруга с зелеными волосами. Где она? — Последние три слова — рев, ярость окрашивает его лицо в пурпур.
Я заставляю свои глаза широко раскрыться от испуга, а затем наполниться слезами.
— Что ты имеешь в виду? Где Лале? Почему она пропала? — Я переигрываю, слезы текут по щекам. — Что ты сделал? Ты обещал, что она будет в безопасности!
В этот момент Джавед смотрит на меня с такой жестокостью, что я чувствую крошечный проблеск тревоги. Я знаю, что он не может причинить мне вреда — моя магия защитит меня, — но я внезапно понимаю, как сильно он похож на свою мать. Возможно, даже хуже королевы-матери, потому что у него нет ее каменного самообладания. Он выходит из комнаты, и я слышу, как он отдает приказ обыскать дворец сверху донизу, иначе полетят головы. Я могу только надеяться, что Лале удалось выбраться или спрятаться. Мой желудок сжимается от страха. Может, было ошибкой отослать ее. Если ее поймают, я никогда себе этого не прощу.
— Уберите этот беспорядок и переведите ее в восточную башню. — Джавед возвращается ко мне, его ярость ощутима, пока женщины в комнате разбегаются, как муравьи, выполняя его приказание. — Ты только что лишилась пальцев своей тети. Я отрежу их сам.
Все следы моей тревоги исчезают, и мое выражение становится ледяным, когда я смотрю на него.
— Ты не тронешь ни волоска на ее голове. У тебя очень мало рычагов давления, Величество. Не доводи меня.