Фиалковое сердце Питбуля: читать начало книги онлайн

– Жалеют вас? – улыбаюсь, делая приглашающий жест и крохотный глоток белого. Все же заказал рыбу, и красное своим цветом напоминает фатальность ошибки Рыбы.

– На уроках да, а на практикумах отрываются по полной.

– Дедушка говорил, ты собралась поступать в мед. На кого хочешь учиться? – стараюсь не подать вида, что узнал об этом ещё полгода назад и чуть не разругался с Алико из-за его кавказской гордости.

– Хочу попробовать поступать на хирурга, – трогает щеку, только в голосе нет уверенности, что получится.

Кажущаяся ей безумной и почти неосуществимой мечта. Попасть на бюджетное место сравнимо с выигрышем в лотерею – сумасшедший конкурс, год из года задирающий планку все выше, а платное их семье не потянуть. Но там, где у Нанико едва теплится надежда, у репетиторов, из-за которых и ругались с Алико, прогнозы гораздо оптимистичнее. Девочка обязательно поступит, если будет и дальше заниматься с таким же усердием. На крайний случай никто не отменяет грант на обучение. Перспективных абитуриентов, не прошедших жёсткий отбор или недобравших один-два балла до заветного порога бюджета, все же можно протащить, разыграв небольшой спектакль с письмом счастья. Особенно, когда ректор никто иной как близкий друг отца и твой дядя.

– Хорошая специальность, – киваю девушке и снова подношу вино к губам, улыбаясь своим мыслям. – Дедушка заставил так нарядиться?

Нани краснеет, опуская глаза в пол, и еле заметно мотает головой:

– В школе дискотека в шесть…

– И ещё день рождения, – добавляю я, извлекая из внутреннего кармана небольшой мешочек с подарком, ниткой жемчуга, купленного по пути. Если бы не Рыба, заехал раньше и выбрал что-нибудь поизящнее. – Поздравляю, Нани.

– Спасибо.

– Беги уже. Опоздаешь на веселье из-за дедушкиных фантазий, – беглого взгляда на часы достаточно, чтобы увидеть реальное положение вещей и догадаться о причине смущения. Встать и сказать, что опаздывает и ей интереснее среди сверстников, когда каждое слово ловит чересчур заботливый дедушка, не позволяет воспитание. – Домой на такси, Нани. Договорились?

– Да.

Провожаю ее взглядом до дверей и, не глядя на Глока, произношу:

– Позвони кому-нибудь из наших, пусть проводят девочку. Незаметно.

– Сделаем, босс.

– И напомни, чтобы не трогали Руслана. Похоже, мальчишка ей всерьез нравится. Не для меня же так прихорашивалась.

В свете одинокого фонаря, моргающего каждые двадцать секунд, иду к пассажирской двери машины, достаю из бардачка пачку сигарет и, сорвав с нее слюду, подношу к ноздрям. Я практически не курю. Иногда позволяю себе одну или две, чтобы потянуть время или посмотреть на причудливые изгибы дыма, выдыхаемого в небо. А оно сегодня на удивление чистое и радует глаз. Глок щелкает зажигалкой, подносит язычок пламени, прикрывая его ладонью. Подкуриваюсь. Первая затяжка после длительного перерыва приятно туманит голову, а над головой, раз в двадцать секунд, бескрайняя темнота с яркими точками звёзд и леденящим минус двести семьдясят три по Цельсию.

– Интересное сочетание, Глок. Капельки завораживающей красоты и вокруг них смерть.

Он задирает голову, зачем-то приставляет ладонь ко лбу и хмыкает:

– Небо, как небо.

– Небо, как небо, – передразниваю его, затягиваюсь чуть глубже. – Нихрена ты не понимаешь, Глок.

– А куда мне с семью классами? Я не Гёте, чтобы над книжками чахнуть и язык ломать.

– Ну да. Двух таких умников рядом держать опасно. Зацепитесь языками и начнёте полемику разводить.

– Я так-то по бабам, босс, – обиженно басит и достает из кармана свою пачку. – Тоже покурю?

– Кури, – киваю, прикрывая глаза, чтобы переждать очередную вспышку фонаря. – Полемика – это культурный спор без мордобоя, Глок, а не то, что ты там себе подумал.

– Тем более тогда лучше по бабам, чем с Гёте спорить. Вы с ним как начнёте умными словечками общаться, половину вообще не понимаю. А с бабами проще – цветы, шампанское купил и погнал.

– Пошлая безвкусица.

– Мне хватает. Главное, чтобы сиськи не висели.

– И вот тебе живой пример разных точек зрения на один и тот же вопрос. Разводить полемику не будем, но на счёт груди полностью с тобой согласен.

Глок расплылся в довольной улыбке, а я повернул голову в сторону темного закутка, находящегося чуть дальше остановки, и поднял ладонь, прислушиваясь. Пара секунд и мозг привычно глушит, отсекает шум города, обостряя внимание на выбившийся из идеальной партитуры приятного вечера звук. Короткий то ли вскрик, то ли визг, резанувший по ушам той самой фальшивой нотой, повторился снова, но уже тише и обречённее что ли, а дальше раздался треск рвущейся ткани…