Мы встали под вечерницей. Дориан не произносил длинную торжественную речь.
— Я обещаю возвращаться в назначенный день, говорить с вами прямо и уважать ваш выбор, — сказал он. Большой палец провёл по моему кольцу. — И помнить, что рядом со мной женщина, которую я узнал здесь, в саду, а не та, которую когда-то придумал себе.
Я сжала его пальцы.
— Я обещаю говорить, если мне страшно, и не прятаться в сушильне от трудного разговора, — ответила я. — Большие заказы сначала покажу Кларе и Беате, потому что одного дважды посчитанного ящика мне хватило. И сад господину Вельсу целиком не продам, даже если он предложит очень много.
— Вот это лишнее, — раздался голос с дорожки.
Вельс пришёл последним и услышал именно эту часть. В руках он держал бочонок кваса.
— Полезное уточнение, — сказал Дориан.
Все рассмеялись. Вечерница качнула ветвями. На нас посыпались два красных яблока. Дориан поймал одно, второе подхватил Томас.
Шелест приложил лапу к корням. Четыре косточки на его ленте вспыхнули. Свет прошёл по земле, коснулся деревьев и на короткое мгновение окружил нашу семью мягким зелёным кругом.
— Сад услышал, — сообщил хранитель.
— А если бы не услышал? — спросила Нелли.
— Я бы повторил громче.
— Ты и так громкий.
— Полезное качество старшего хранителя.
После обещаний мы сели за стол. Лотта принесла пирог, Мира — печенье, Вельс открыл квас. Арден всё же достал прогноз урожая, Беата отобрала и положила под скамью. Ровена осматривала лавку и задавала Эдне вопросы о продажах. Господин Элвин позволил себе второй кусок яблочного сыра.
Солнце опускалось к лесу. День оставался тёплым, но в тени уже появлялась прохлада. На верхних ветвях виднелись первые листья с медными краями. До настоящей осени оставалось немного.
Нелли играла на пианино у открытых окон музыкальной комнаты. Мелодия доносилась в сад. Томас показывал Дориану план питомника. Шелест сидел у моей тарелки и постепенно придвигал к себе орехи.
— Я вижу, — сказала я.
— Проверяю свежесть.
— Это столичные?
— Обычные. Они лучше.
Я отдала ему горсть.
Дориан вернулся и сел рядом. Обнял меня за плечи, посмотрел на сад.
— Скучаете по прежнему миру? — спросил он.
— Иногда. Всегда буду скучать по тёте. По некоторым вещам. Но вернуться и оставить вас уже не смогла бы. — Я накрыла его ладонь своей.
— Хорошо, — ответил Дориан.
— Самоуверенно, — заметила я.
— Целый год ухаживал. Имею право на небольшую уверенность. — Он придвинулся ближе.
— Ухаживание ещё не закончилось, — предупредила я.
— Я заказал новую сушильную рамку, — сообщил он с серьёзным лицом.