— Грустите? — Он опёрся о перила рядом.
— Считаю. Год назад у меня было чужое платье, семь серебряников и яблоко в руке, — ответила я.
— Сейчас яблок ещё нет. Рано. — Дориан посмотрел на ближайшие ветви.
— Шелест обещал разбудить на первый плод, — напомнила я.
— Тогда лучше лечь раньше. — Он протянул мне руку.
Мы прошли по дому, пожелали детям спокойной ночи, проверили кофейное дерево и закрыли окно кабинета. Шелест устроился на лежанке.
— В семь, — предупредила я.
— Сад решит.
Он оказался прав.
Глава 51
Через год сад разбудил меня яблоком в окно.
Плод ударился о стекло, отскочил на подоконник и остался висеть на ветке. Я открыла глаза, посмотрела на красный бок за стеклом и накрыла голову подушкой.
Ветка постучала снова.
— Шелест, — позвала я.
— Его здесь нет, — сонно ответил Дориан рядом.
— Тогда дерево распоясалось само.
Муж перевернулся, обнял меня за талию и притянул обратно. За окном было светло, но часы показывали только половину седьмого.
— Сегодня первый сбор, — напомнил он.
— В восемь.
— Сад не умеет смотреть на часы.
— У него есть хранитель.
Ветка ударила третий раз. Я сдалась, выбралась из кровати и распахнула окно. Яблоко почти легло мне в ладонь. Спелая медовка, золотистая с красным боком. На листьях блестели капли росы.
— Спасибо, — сказала я дереву. — Но в следующий раз после семи.
Ветка поднялась. Снизу раздался голос Шелеста:
— Оно предупреждало полчаса. Ты не слышала.
Я перегнулась через подоконник. Хранитель сидел на дорожке. За год он стал немного крупнее, шерсть отливала рыжим, на зелёной ленте светились уже четыре косточки. Четвёртую дала молодая яблоня весной, когда Шелест разбудил новый участок.
— Почему сам не поднялся?
— Пятое правило.
— Ты соблюдаешь его только утром?
— Ночью тоже. Иногда.