Ева проснулась в субботу утром без будильника, долго нежилась, чувствуя, как солнечные лучи пробиваются сквозь занавески и ложатся тёплыми пятнами на одеяло. Утро выдалось на редкость радостным. В груди непривычная лёгкость.
На кухне как всегда орудовала бабушка. Ева натянула джинсы, футболку, спутала волосы в небрежный пучок. Она услышала как в дверь позвонили.
Неужели это Вадик?!
— Евусик! — крикнула бабушка из прихожей. — К тебе Катя пришла!
Катя стояла в дверях — в ярко-красной куртке, с копной чёрных кудряшек, распущенных по плечам. На ногах — старые чёрно-белые кеды, самые любимые, но уже изрядно потрепанные.
— Привет, соня! — Катя обняла подругу. — Сегодня наконец-то мой выходной. Мы идём гулять, и я не принимаю возражений!
Ева улыбнулась, накинула лёгкий плащ, чмокнула бабушку в щёку и девушки тут же вышли.
Парк аттракционов находился на окраине. Ева любила это место — старые карусели с облупившейся краской, павильоны, где продавали сахарную вату и жареную кукурузу, запах попкорна, смешанный с сырым ветром с реки. В будний день здесь было безлюдно, но в субботу гуляли семьи с детьми, подростки, парочки, державшиеся за руки.
Катя остановилась у киоска с кроссовками. С витрины на неё смотрели ярко-зелёные кеды с оранжевыми шнурками.
— Смотри! — Катя почти прижалась носом к стеклу. — Хочу такие. Они мне шепчут: «Купи меня немедленно, Катька!»
Ева от души рассмеялась.
— Они просто ужасны. Ты будешь выглядеть как инопланетянин. А не как хозяйка шикарного ресторана.
— Да мне плевать! Живём один раз. — Катя уже примеряла их. — Правда, круто? Как будто я на дискотеку в девяностые собралась.
Ева достала кошелёк и протянула продавцу карту. Катя замахала руками.
— Ты чего? Это же твоя недельная зарплата!
— У меня премия, — соврала Ева. — Хочу тебя порадовать. Ты столько много работаешь.
Катя прищурилась, но пакет приняла.
— Я подарки люблю. Спасибо!
Они сели на лавочку у фонтана. Вода переливалась на солнце, брызги долетали до лица. Ева смаковала мороженое, Катя, как птичка, выдирала сахарную вату из бумажного кулёчка.
— Я хочу тебе сказать, — начала Ева. — Кости больше нет в моей жизни.
Катя перестала жевать и уставилась на неё.
— В смысле, ты его убила?!
— Нет, — Ева рассмеялась. — Я выбросила все его фотографии. И из своего сердца. Пять лет слепого обожания отправились в мусорку. И я ни о чём не жалею.
Катя выдохнула, откинулась на спинку скамейки и зажмурилась от удовольствия.
— Наконец-то! — воскликнула подруга. — Думала, ты будешь страдать по этому хлюпику до самой пенсии. Горжусь тобой, Самойлова!
Катя хлопнула подругу по плечу, потом наклонилась ближе, заговорщески протянула.
— Тогда можно устраивать свидания в слепую? У нас в ресторане новый повар, Женя. Он одинокий, готовит божественно, и на вид — твой тип. Высокий, с бородой.
Ева прыснула со смеху.
— Кать, я только из одной ямы вылезла. Не хочу прыгать в другую. И как ты могла подумать, что я люблю когда у мужчины есть борода. Фу, не моё.
— Ой, да ладно. Он очень милый. И бороду всегда можно сбрить. Я думаю, что пышных девушек он явно обожает. Давай я вас познакомлю?