— Разве на планете уже не существует такого имени?
— Существует, — выдавила она. — Но так не бывает. Я Ева, а вы — Адам. Как в Библии.
— Вам показать мой паспорт? — Он хищно улыбнулся и по-прежнему не сводил с неё глаз.
От Адама странно веяло горячим огнём, и ещё отдалённо пряным, скорее дымом. Ева почувствовала, как по спине пробежал холод, а лицо, наоборот, обдало жаром. Ветер с реки леденил кожу, но от этого мужчины исходило живительное тепло. Она не знала, что делать. Но странное чувство опять заставило повиноваться и протянуть ему руку.
Ладонь Адама оказалась горячей. На контрасте с ледяными пальцами Евы — почти обжигающей. Она замёрзла насквозь, пока стояла на ветру, и теперь это тепло разлилось по запястью, по предплечью, будто электрический ток. Странное ощущение — одновременно мёрзнуть и гореть.
Адам помог ей перелезть через перила. Ева спрыгнула на гранит, отряхнула мокрый плащ.
— Вы плакали.
— Не ваше дело, — раздражённо выдохнула она.
— Всё верно, пока не моё.
Незнакомец не стал спорить, поэтому её агрессия начала постепенно угасать.
«Он явно не виновен в том, что я не нужна Косте».
— Вы слишком много думаете, Ева.
— Это преступление?
— Нет, но иногда из-за этого люди пропускают собственную жизнь.
Эта фраза почему-то задела сильнее предыдущих.
«Когда я в последний раз делала что-то для себя?» — думала Ева. «Не для работы, не для бабушки и Кати. И не ради очередной надежды, связанной с Костей?»
— Спасибо за занимательный разговор, — бросила Ева. — Всего доброго, Адам.
И шагнула в сторону метро. Но не прошла и пяти шагов, как услышала за спиной:
— Ева, хотите, Константин будет принадлежать только вам?
Она остановилась как вкопанная. Обернулась.
«Я хотела этого так же отчаянно, как дышать».
— Что вы имеете в виду?
Адам стоял на том же месте, положив руки на поясе. Дождь стекал по его плащу и волосам.
— То, что он будет к вам привязан. И вы сможете проводить вместе столько времени, сколько захотите сами. Костя будет смотреть только на вас, Ева.
— Это невозможно!
— Со мной возможно всё. Как я говорил раньше, — оборвал незнакомец, — я предлагаю вам сделку. И могу исполнить ваше желание.
— Вы что, джинн? — Ева скрестила руки на груди. — У меня будет три желания? Но я даже не тёрла вашу лампу.
Адам рассмеялся — тише, но с той же демонической искрой. На мгновенье он стал выглядеть моложе.
— Увы, я не джинн. Но тоже способен исполнять желания отчаявшихся людей.
Ева нахмурилась. В голове шумело от остатков шампанского, холода и этой абсурдной беседы.