— Ну и дура, — бурчала она себе под нос. — Для тебя Вадик будет ровней. А ты припёрлась сюда, как мотылёк летящий на свет.
Ева допила бокал до дна, поставила его на поднос проходившего официанта и поспешно выскользнула на балкон.
Стеклянная дверь бесшумно закрылась, отсекая гул голосов и музыку. Холодный вечерний воздух сразу коснулся лица.
Балкон оказался огромным — с креслами, с подсветкой в полу, с панорамным видом на ночной Питер. Огни проспектов, тёмная лента Невы, мосты — всё это было так красиво, что захватывало дух. Но Еве было не до красоты. Она облокотилась на перила, вдохнула холодный влажный воздух и с силой выдохнула, пытаясь вытолкнуть наружу всю обиду и разочарование.
— Вам тоже, как я посмотрю, не по душе эта вечеринка? — раздался мужской голос совсем рядом.
Ева вздрогнула и резко обернулась. В углу балкона, в тени, опираясь на перила, стоял мужчина. Казалось, вечерний свет специально обходил его стороной. Она не заметила его сразу — так как он был одет во всё чёрное: и только дорогие часы с красным циферблатом на мгновенье вспыхнули алым отблеском.
Мужчина сделал шаг вперёд.
Лет тридцать пять, может меньше. Тёмные волосы, длиннее, чем у Кости, падали на лоб. Смуглая кожа, шрам пересекал левую бровь, он придавал ему поистине хищный вид. Глаза — тёмные, почти чёрные. Еве вдруг стало не по себе. Хорошо, что она не начала разговаривать с собой вслух.
— Простите, я не знала, что здесь кто-то есть, — выдавила Ева, чувствуя, как пузырьки шампанского всё ещё щиплют нос.
— Теперь знаете, что есть.
Ответ прозвучал спокойно, без попытки начать разговор любой ценой.
Ева уже собиралась вернуться обратно в квартиру, но мужчина неожиданно спросил:
— Вам здесь легче дышится?. — Он слегка улыбнулся, но она получилась насмешливой. — Вы вышли слишком поспешно.
Ева автоматически кивнула, пытаясь собраться с охмелевшей головой. Она вновь прислонилась к перилам на некотором расстоянии от мужчины. Шампанское делало своё дело — язык становился непослушным, а мысли путались.
Ева вновь посмотрела на город.
— Вы друг Константина?
— Можно сказать и так, — уклончиво ответил он.
— Близкий? — не унималась Ева.
— У каждого своё понимание близости.
Ответ оказался настолько неопределённым, что Ева решила больше не расспрашивать. Она чувствовала себя неловко. Незнакомец не делал ничего странного, не нарушал дистанцию, не пытался познакомиться, однако рядом с ним было трудно расслабиться. Словно он замечал гораздо больше, чем показывал.
— Я не привыкла к такой роскоши, — протянула Ева, сама не зная зачем. — Слишком много....
— Слишком много, — иронично повторил он. — А я бы сказал, что вечер проходит не так, как вы запланировали.
Ева удивлённо уставилась на мужчину.
— Откуда вы знаете, как я планировала?
Он пожал плечами, и этот жест был одновременно ленивым и опасным.
— Я многое знаю. Скажем так, вижу людей насквозь. И ещё потому что вы слишком заметно пытаетесь убедить себя, что всё в порядке.
— Прямо-таки насквозь? — переспросила она с вызовом, раздражённая его самоуверенностью. — И что же вы видите во мне?
Мужчина в чёрном сделал шаг ближе. Он смотрел в упор и девушка по неведомой причине, не могла отвести взгляд.
— Я вижу, что вы глубоко несчастны. — Голос незнакомца стал ниже. — И что вы страстно желаете любви.
Ева хотела возразить, сказать, что он ошибается, что она вовсе не несчастна, что у неё есть бабушка, работа, подруга. Она не знала, что ответить, потому что его фраза попала в самое яблочко. Ева вдруг почувствовала, что этот мужчина действительно видит её насквозь и от этого стало немного страшно.