– Значит, виноваты вы? – сердито спросила Эрика.
Девочка по-русски приказала грести к левому берегу Невы. На вопрос она ответила не сразу.
В темноте Эрика едва разбирала черты ее лица, но догадалась – по щекам катятся слезы, и девочка молчит лишь затем, чтобы не разрыдаться.
Эрику все это раздражало безумно.
– Куда вас доставить, сударыня? – спросила она.
– Я не знаю, – девочка всхлипнула. – Может быть, я могу хотя бы до утра побыть у вас? Я не стану мешать, я посижу в кресле… и мне нужно сменить сорочку… у меня нет при себе денег, я потом заплачу вам…
– Сменить сорочку? Это обязательно? – Эрика готова была ответить криком на самую невинную просьбу.
– Да, сударыня, моя сорочка в молоке…
– В каком молоке?
– В моем, я кормлю ребенка… Господи, господи!.. – и она запричитала по-русски, уже откровенно плача.
– Где ваш ребенок? – спросила Эрика и, не дождавшись ответа, закричала: – Где ваш ребенок?!.
– Я не знаю…
Тут уж Эрика не нашлась, что сказать.
Весла шлепали по черной воде, лодка неторопливо продвигалась к левому берегу – туда, где ждал человек с телегой. Загадочная беглянка тихо плакала. Все было не так…
– Скажите ему – пусть возвращается на тот берег, заберет господина фон Герлаха, – велела Эрика своей нечаянной спутнице. – Мы подождем его тут, в повозке.
– Да, сейчас.
Девочка объяснила перевозчику по-русски, что он должен сделать. Между ними вышел спор, кончился он тем, что девочка сняла с руки браслет и отдала мужику.
– Ваш браслет во сто раз дороже, чем перевоз через Неву, – сердито сказала Эрика.
– У меня нет при себе денег. Когда вернется тот господин, он все устроит, даст перевозчику гривенник и вернет браслет. Потом я его продам и… и что-нибудь придумаю…
Они отыскали телегу. Ее кучер спокойно спал, завернувшись в армяк. Эрика села на край и указала девочке на место рядом с собой.
– Садитесь, сударыня. Нам тут ждать не меньше часа.
– Да, благодарю…
Они помолчали.
– Как мне называть вас? – спросила девочка (Эрика не могла поверить, что дитя, на вид – чуть старше четырнадцати, уже стало женой и матерью).
Эрика задумалась. Свое привычное имя она не хотела даже упоминать, было еще второе – Вильгельмина. Но сокращенное от Вильгельмины – Минна, а его Эрика просто ненавидела.
Впрочем, имелось еще и третье – то, под которым ей предстояло венчаться с замаскированным женихом и стать наследницей богатых родителей. И к нему уже следовало привыкать.
– Меня зовут Екатерина.
– Я – Анна, Анетта.
Фамилии, похоже, были ни к чему.
Будь она неладна, эта Анетта, думала Эрика, теперь придется придумывать какой-то иной способ добраться до кладбища. А все безумная старуха виновата – остановила, велела ждать, пока не прибежит Анетта… то есть, безумная заставила фон Герлаха и Эрику спасти эту несчастную девочку?..