Корсары Мейна: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

– Цельтесь по лошадям! – снова прозвучала команда Тима Фалькона; он видел, что, несмотря на потери, испанцы упрямо скачут вперед.

Опять ударил залп, и тяжелые пули сразили около десятка лошадей. Среди всадников началась страшная мешанина; улица, хоть и широкая, ограничивала маневр, а раненые лошади, которые бились в конвульсиях, мешали скачущим позади.

Наконец, не выдержав убийственного огня, немногочисленные оставшиеся в живых испанцы развернули коней и умчались обратно на площадь, где уже строились в боевые порядки солдаты. За ними с диким ревом понеслась лавина пиратов. Вырвавшись на площадь, они налетели на испанцев как ураган, и началась беспощадная рубка. Вскоре все было кончено. Многих солдат убили, некоторые бежали, а другие сдались в плен…

Ближе к вечеру из ворот выполз похожий на сытого удава караван, состоявший из тяжело нагруженных мулов, пленных испанских идальго и веселых, шумных пиратов. Индейский вождь не обманул – в городе скопилось ценностей, по самым скромным прикидкам, на сумму более трехсот тысяч пиастров. Идальго, среди которых был и незадачливый губернатор, пираты прихватили с собой, надеясь на богатый выкуп, так что сумма награбленного должна была значительно вырасти…

Конуко не отходил от Тима Фалькона ни на шаг. Он оказался умелым бойцом. Подогреваемый ненавистью, аравак дрался как тигр. Будь его воля, он вырезал бы всех испанцев до ноги. А когда они сдались, Конуко потащил Тимка за собой.

Богатый дом, куда вождь привел Тимка, принадлежал хозяину большой асьенды, который из соображений безопасности жил в городе. Плантатор как раз собирался бежать. Вещи и ценности уже были уложены в телегу, запряженную мулами, а испанец, вооруженный до зубов, нес маленького мальчика и тащил за руку женщину необычайной красоты. Она принадлежала к племени гуахиро, представители которого отличались приятным, почти европейским обликом, за исключением цвета кожи, и была очень похожа на испанку.

– Тариана! – вскричал индеец.

Дикая ярость исказила черты его лица, и он вихрем бросился на плантатора, сжимая в руках мачете. Испанец растерялся, и это стоило ему жизни. Сверкнул клинок, и голова плантатора слетела с плеч; Тимко невольно поежился – он не ожидал такой силы от человека со столь незавидными физическими кондициями. Ребенок упал рядом со своим отцом и заплакал. Индианка бросилась к нему и подхватила дитя на руки.

Конуко строго о чем-то спросил, и Тариана нехотя кивнула. На ее лице отразилась гамма чувств: счастье от освобождения из рабства, радость встречи с отцом и страх. Вот только чего она боялась, Тимко поначалу не догадался.

Объяснение пришло очень быстро. Вождь неожиданно вырвал ребенка из рук Тарианы, с брезгливым выражением на лице бросил его на труп отца и поднял мачете с намерением разрубить малыша пополам. Вскричав, как раненая чайка, женщина накрыла собой дитя и принялась скороговоркой причитать на своем языке. Тимко, конечно, ничего не понял из ее речей, но одно уяснил точно: она просила отца не убивать ребенка. Но Конуко был неумолим. Он оторвал ее от малыша и отшвырнул в сторону. Тариана больше не сопротивлялась; она села, закрыла лицо руками, и ее плач, похожий на вой зверя, поднялся к поблекшему от зноя небу. Вождь опять примерился… Но тут его мачете столкнулось с клинком Тимковой сабли.

– Ты что творишь, вождь?! – рявкнул Тим Фалькон. – Это ведь твой внук!

– Сеньор капитан, не суйтесь в наши дела! – окрысился аравак.

– А то что? – тихо, с угрозой спросил Тимко. – Уж не хочешь ли ты проверить, как я владею саблей? Успокойся и прими все как должное. Уже ничего не изменить. Лично я не собираюсь потакать детоубийцам. Пожалей свою бедную дочь. Мало того что Тариану обесчестил этот испанец, так ты еще хочешь принести ей страшное горе – убить ее ребенка. Она этого тебе никогда не простит!

Конуко опустил голову. Видно было, что в нем борются гордость, гнев и трезвый расчет. Какое-то время во дворе царила тишина; даже ребенок, словно сознавая важность момента, перестал плакать и затих на руках матери. Наконец после долгих раздумий вождь сказал:

– Твоя правда, белый! Пусть пока живет. Но его судьбу буду решать не я, а наши жрецы и совет старейшин!

– Я уверен, что на совете племени твое слово будет не последним, – жестко сказал Тим Фалькон. – А чтобы люди племени гуахиро с пониманием отнеслись к моей просьбе, – последние слова он произнес с нажимом, – я дам вам много железных ножей и мачете. Договорились?

– Да… – буркнул Конуко.

– Но и это еще не все. Ты не забыл о своем обещании?

Вождь бросил быстрый взгляд на дочь и ответил:

– У меня хорошая память.

– Надеюсь…

Вскоре двор хозяина асьенды опустел, если не считать телеги, вещи из которой перекочевали во вьюки, закрепленные на крупах двух мулов. Тимко настоял, чтобы Тариана забрала свое «приданое», а когда они присоединились к остальным пиратам, сообщил им, что это добро принадлежит бывшей пленнице испанцев. Ни корсары, ни буканьеры ничего не имели против. Опустел и город. Жители выходили на улицы и торопились к собору, чтобы поблагодарить Господа за избавление от кровожадных разбойников. На этот раз набег обошелся малой кровью, их почти не трогали, даже девиц – нападавшим нужно было спешить; пираты лишь изъяли ценности, но что такое деньги по сравнению с жизнью?

Солнце неумолимо клонилось к закату. На сельву опускался вечер. Оставшиеся в живых солдаты, стоя на городских стенах, в бессильной злобе наблюдали, как караван пиратов постепенно вползал в лесные заросли. Вскоре о разбойниках напоминала только густая желтая пыль, которая скрыла их от взоров испанцев, словно ширма.

Глава 9. Сокровища Силвер-Бэнкс

Небольшой остров в Карибском море с высоты птичьего полета казался изумрудом в драгоценной золотой оправе из ярко-желтого песка. На берегу мелководной бухты лежал огромный скелет кита – как он туда попал, можно было только гадать, – а чуть поодаль, в тени пальмы, сидел оборванец, в котором вряд ли кто узнал бы капитана корсаров Мишеля де Граммона. Из оружия при нем была только шпага, а голову покрывала широкополая шляпа, сплетенная им собственноручно из какого-то ползучего растения, – защита от неистового солнца. Мишель сидел и размышлял о превратностях судьбы.

А как все поначалу хорошо складывалось… После набега на Сантьяго, по здравому размышлению, нужно было побыстрее возвращаться на корабли и уходить на Тортугу. Того, что взяли в захваченном испанском городе, хватило бы с лихвой всем участникам похода. Ан нет, ему стукнула в голову мысль – вот уж идиот! – напасть на порт и крохотный городок на побережье. Какого дьявола?! Что могло быть ценным в городишке на берегу небольшой гавани кроме смолы, дегтя и канатов? Ах, да, еще и сахара. Именно эти товары были главными предметами торговли в этом месте.

Нет, городок в общем-то премиленький. Он стоял на равнине возле небольшой речки, имел три церкви – ох уж эти испанцы, ни на одно кровавое дело, на которые они большие мастера, не пойдут, пока не отслужат мессу, – и госпиталь, окруженный прекрасным садом. Земля вокруг представляла собой твердую желтую глину, а сам город, что удивительно, испанцы построили на песке. Тем не менее при всей внешней приятности это было очень нездоровое место. Речка и болота с мангровыми зарослями давали много вредных испарений.

По воде от порта до города было примерно две лиги. Большую часть пути речка оставалась широкой, а потом пиратские каноэ оказались в узкой глубокой протоке, окаймленной с обеих сторон красными мангровыми зарослями, которые почти смыкались над головой. В миле от устья русло поворачивало на запад. Здесь испанцы соорудили прочный бруствер, где засела сотня солдат. Похоже, весть о падении Сантьяго уже дошла в эти места, и испанцы приняли меры, чтобы воспрепятствовать высадке пиратов на берег. Ниже, в двадцати ярдах от бруствера, речку перекрывали большие деревья, сваленные крест-накрест так, что десять человек могли сдерживать здесь пятьсот, а то и тысячу нападающих.

Но когда корсары и буканьеры приблизились к брустверу и прозвучали первые выстрелы, испанские солдаты ретировались. Перспектива сразиться с дьяволами Мейна не очень их прельщала. Пиратам пришлось добрый час рубить преграду из бревен, пока они смогли высадиться на берег и двинуться к городу. На пути они не встретили никакого сопротивления и, к огромной своей досаде, ничего стоящего в городке не нашли, кроме покинутых домов. Конечно, там остались вещи, брошенные бежавшими колонистами, но кому они нужны? Да и как увезти все это барахло на каноэ?

К счастью, буканьеры отыскали запрятанный в камышах плашкоут, куда погрузили около четырехсот кулей муки, немного смолы, дегтя и пять бухт канатов. Эти вещи на кораблях всегда нужны, поэтому их и отправили на борт. Кроме того, один из захваченных в Сантьяго идальго заплатил за себя выкуп – пригнал со своей асьенды сотню быков. Буканьеры тут же убили животных, а мясо засолили в бочках, которые нашлись в городе. И на этом вся прибыль от похода на этот никчемный городишко закончилась.