Через несколько секунд в спальню входит пожилой целитель с потёртым кожаным чемоданчиком.
Он оглядывает комнату и почти сразу спрашивает:
— А где леди Николь?
У Гаспара болезненно сжимается сердце.
Хочется самому закричать:
«Не знаю!»
Хочется подняться, поехать, найти её. Но ниже груди — он ничего не чувствует. Калека.
Гаспар заставляет себя говорить спокойно.
— Ещё не вернулась. Вы привезли эликсир?
Магистр медленно кивает.
— Да.
— Давайте начнём.
Гилберт открывает саквояж, осторожно достаёт небольшой пузырёк.
Тёмное стекло кажется почти чёрным, но внутри мерцает густое золотистое сияние, и мощная магическая аура разносится в пространстве.
Гилберт снимает пробку и осторожно подносит пузырёк к губам Гаспара:
— Всё сразу.
Гаспар делает один длинный глоток.
Эликсир обжигает язык, проваливается в горло.
И уже через мгновение кажется, будто по венам вместо крови течёт расплавленное железо.
Он резко втягивает воздух.
Боль обжигает.
Тело выгибается дугой.
— Терпите.
Ладонь Гилберта ложится ему на лоб.
— Сейчас будет хуже.
Хуже становится сразу.
Жар вспыхивает где-то глубоко в позвоночнике, будто внутрь вгоняют раскалённый клинок. Боль разливается по спине, по рёбрам, по рукам.
Каждый нерв начинает гореть. Гаспар стискивает зубы. Пальцы сами собой сжимаются в кулаки.
Он переводит взгляд вниз, мысленно отдаёт приказ согнуть колено.
И вдруг…